Обычно речевое поведение среднестатистической женщины демонстрирует приблизительное ориентирование на местности, поэтому мы можем предположить, что в данном случае речь идет о профессиональных навыках. Правдоруб, как и сам Шляпник, имеет либо архитектурное, либо строительное образование.

Когда в третьем письме нам встретилась сугубо канцелярская фраза:

«так, заправка на улице Красного Октября выступает за красную линию застройки почти на метр двадцать, нарушает допустимую дистанцию между пожароопасными объектами и жилой застройкой», мы не придали ей особого значения.

Однако в четвертом письме, содержавшем жалобу на директора банка Гартмана, вновь появилась схожая терминология, и это уже нельзя считать простым совпадением."

"«Отстроив дом в коттеджном поселке «Волна», этот, с позволения сказать, господин не остановился на достигнутом. Участка ему показалось мало, и он возвел капитальные строения (баня, гараж для лодок) в северной части участка, выходящей на берег реки. Таким образом, баня и гараж расположены менее чем в десяти метрах от уреза воды по среднему уровню. То есть перегорожена часть береговой линии, что ограничивает право обычных людей на доступ к водоему».

В-четвертых. По невероятному стечению обстоятельств единственная женщина в окружении Шляпника, которая соответствует всем указанным параметрам, не так давно сама стала нашей клиенткой по делу о вреде деловой репутации. Инна Берг, бывшая жена Шляпника, которая училась с ним в одной группе в архитектурном институте.

Ну и в-пятых, следствием подтвердилось довольно быстро то, что второй муж Инны Берг действительно был аффилирован с одним из убитых – директором «Алоиза кредит банка», является учредителем банка, а также имел с убитым директором Гартманом конфликт из-за дележа прибыли.

Видимо, дополнительных вопросов и возражений у Мняцакяна не возникло, потому что Виктория вернулась в зал буквально через пятнадцать минут.

– Ну завертелась каруселька, – сказала тетка, убедившись, что чтение медленно, но верно идет.

Впрочем, в особой спешке теперь уже не было нужды: Виктория собиралась оставить операцию на Веру и отправляться домой. По этому поводу Вика пригласила Ухтомскую на экстренное совещание в то самое кафе рядом с университетом, в котором проходила наша первая встреча и сакраментальный разговор о девственности Гоголя. Я отправился с ними.

Мы пили кофе и говорили о том, как изумительно и странно все складывается, как будто какой-то невидимый кукловод подбрасывает нужные карты для того, чтобы сошелся пасьянс.

У Шляпника очень мало знакомых и родственников. В материалах следствия имелись опросы его соседей по подъезду. Все как один подтвердили, что жизнь он ведет замкнутую.