– Это твой сын?! – изумилась я, с опаской покосившись на мужика едва ли не с самого Мамина ростом. Офигеть, конечно, как я ошибалась, представляя того маленьким грустным мальчиком, выросшим без материнской любви. И то, что слово «маленький» вступало в противоречие со словом «выросший», я почему-то подумала лишь сейчас.

– Здрасте, Любаша. Степа. Мы уже виделись.

Глаза парня смеялись. Я окончательно стушевалась. Что означает это «виделись»? Он был на той вечеринке, да? Ну, собственно, я вполне могла и не обратить на него внимания, потому что он отлично вписывался в компанию хоккеистов. А я, как уже было сказано, почему-то представляла его розовощеким толстеньким карапузом.

Не знаю, сколько бы продолжалась эта глупейшая сцена, если бы не выскочивший нам навстречу Лорд. Геракл зашипел, больно оцарапав меня когтями, я охнула. Ситуацию спас Мамин, схвативший одной рукой Лорда за ошейник, а другой – за загривок Геракла.

– Нельзя! Ясно?! – рявкнул он так, что задрожали стекла в рамах панорамных окон. И это немыслимо, но зверье угомонилось тут же. Лорд бахнулся на задницу. Геракл обмяк, глядя на Олега глазами Шрека. В тишине послышался тихий смешок Степана.

– А что, так можно было? – пискнула я.

– Не всем, – заявил парень. – У бати божественный дар.

– У Любы поломался климат-контроль, – сменил тему Мамин, прижимая притихшего Геракла к груди. – Она поживет с нами, пока все не починят.

Я возмущенно запыхтела – что значит это его «поживет с нами»?! Когда этот невыносимый мужик, выпустив ошейник, опустил ладонь мне на макушку и засунул мою… мою! голову себе куда-то… под мышку, Степан заржал.

– Ясно, понятно. Ну, как говорится – добро пожаловать.

– Любаш, располагайся. Ты голодная?

– Нет!

– И кто тебя покормил? Этот боров?

Олег осторожно выпустил кота из рук. Тот, прижав уши, злобно зыркнул на Лорда. Сосредоточившись на их противостоянии, я как-то упустила из вида недовольство, послышавшееся в голосе Мамина. А потом тот как рявкнул!

– Люба!

– А?!

– Спрашиваю, кто тебя покормил?

– Что значит «покормил»? Ты за кого меня принимаешь?! – ощетинилась я. – И вообще, ты по какому праву меня пытаешь?!

– По праву будущего мужа!

– О как, – присвистнул Степан. Черт! А я ведь совсем о нем забыла. Вот и что он подумает?!

Я сделала глубокий вдох. Спокойно, Любаш. Спокойно…

– Мы еще не подали заявление. Ты только обещаешь, – пропела я, вздернув подбородок. Олежка сощурился. Я торжествующе улыбнулась. Что?! Не ожидал, да, что я тебя твоим же оружием?!

– Ой, да сейчас это вообще раз плюнуть. Можно даже через сайт, – сообщил Степан. Я бросила подозрительный взгляд на сыночку Олежки. Что-то подсказывало, что этот малолетний детина тоже ведет какую-то свою игру. Против меня? Или против родного папки? Интересно.

– Точно. Через приложение.