Закрыла за собой дверь в кабинет Зверева, зная, что тот наверняка будет меня чихвостить, и не желая, чтобы это стало достоянием общественности. Федор обладал таким голосом, что даже когда он говорил спокойно, непривычные к тому люди вздрагивали.

– Ну что, Любовь Дмитриевна, нашлись хозяева Лорда? – буркнул он, прекрасно зная ответ.

– Они и не терялись, – покаянно вздохнула я. – Просто не берут трубку.

– И что ты мне предлагаешь с этим делать?

– Желающих взять Лорда на передержку не находится, но и мы не сидим сложа руки. Уверена, еще день-два…

– День-два?! – взревел Федя.

– А вы не хотите взять пса к себе?

– Грачева, ты совсем страх потеряла?! Куда его мне? У меня пять собак и без Лорда!

– Вот именно. Целых пять. Одной больше… Одной меньше. Вы и не заметите.

– А у тебя ни одной. Вот и возьми. Что тебе стоит?

– Такого теленка в мои восемнадцать метров? – ахнула я.

– В следующий раз будешь думать! – бахнул по столу ладонью Федя. Я пожевала губу и для большего эффекта трагично вздохнула. – И не строй мне глазки, Любава!

– Что?! Я не строю!

– Еще как строишь. Но я на это не поведусь.

– Ясно.

– Как там кот? – сменил гнев на милость Федя.

– Обживается.

– Вот и славно. Тогда, может, поужинаем? Тут за углом открылся какой-то новый ресторан. Ленка говорит, итальянский."

"– Так какой ужин, Федор Николаич, если вы велели забирать Лорда? – съехала я, не очень понимая, что хуже – ужин с шефом или жизнь с псом. И в то же время неуверенная, что Зверев реально ко мне подкатывает. Ну, во-первых, потому что мы с ним рука об руку без всяких эксцессов проработали почти пять лет, во-вторых, он ведь намного старше, в-третьих – вообще не в моем вкусе. И вообще… Это же Федя. Он мне как дядька, ну или брат. Да нет. Глупости. Показалось. А то, что не в первый раз, так в жизни бывает всякое.

Помогая выкрутиться из этой до предела смущающей ситуации, в кабинет шефа заглянула Зиночка:

– Любовь Дмитриевна, там опять хотят исключительно вас.

Я могла бы возмутиться. Сказать, что мой рабочий день закончится через пятнадцать минут, за которые я вряд ли смогу кому-то всерьез помочь, но зачем, когда у меня такой повод смыться?

– Иду. Кто там? Марь Ванна?

– Нет. Какая-то незнакомая женщина. С попугаем.

Птицы не были моей специализацией. Я как раз хотела об этом напомнить, когда взгляд остановился на смутно знакомом лице. А секундой позже меня догнало осознание. И я едва не застонала вслух! Ну, Олежка… Одной пиццей ты теперь не отделаешься!

– Любовь? Здравствуйте.

– Здравствуйте. Светлана…

Господи, почему я не удосужилась запомнить имя этой женщины? Высокая, как палка, она возвышалась надо мной каланчой. Я же была размером едва ли не с ее попугая.

– Светлана Васильевна.

– А наш пациент?

– О, это Адмирал. И вообще-то с ним все в порядке.