Теперь мне окончательно понятно, что никакой он не теневой воротила, а обычный наемный управленец. Ему даже зарплату платит Мила.

— Скажите, любезный, а зачем вообще вся эта секретность? Это же просто аукцион с продажей макров.

— Да, но здесь продают иноземные макры. Это не вполне законно, — распорядитель зачем-то загадочно усмехнулся.

— А мне кажется, вам просто нравится наводить эту атмосферу таинственности. Это подогревает ваше чувство собственной значительности.

— Не без этого, — распорядитель не стал отпираться, — И заметьте, не только мое чувство собственной значительности.

Люди, которые сюда приходят, тоже в некоторой степени считают себя избранными, так сказать, приобщенными к тайному обществу.

— Вот что, мои дорогие, — подвожу итог разговору, — Со всей этой таинственностью будем заканчивать. Сейчас готовится правовая база, откроем нормальную биржу, чтоб граждане могли открыто покупать и продавать макры.

— Кротовский! — возмутилась Мила, — Я за этот ресторан столько денег…

— Одну минуту, — прерываю ее, — Дайте договорить. Мне как раз нужно помещение под биржу. Второй этаж вашего ресторана вполне подойдёт.

Только сделаем перепланировку. Сцена там все равно уже не нужна. За счет нее расширим пространство.

— А мой какой интерес? — вскинулась Мила.

— Муниципалитет будет платить тебе аренду. Плюс проходимость ресторана повысится на порядок. Биржа будет работать не два раза в день, а каждый день с восьми до пяти.

— А ну это другое дело, — подобрела Мила.

— Вот и договорились.

— А я? А как же я? — расстроился распорядитель с напомаженными усами.

— Вам, любезный, лучше устроиться в театр. Эта работа не для вас. Не переживайте. Постараемся вам что-то подыскать.

Театры населению тоже нужны.

На мобилу позвонила Ева:

— Кротовский, аукцион закончился. Люди расходятся.

— Встречаемся внизу, — бросаю коротко и выхожу из кабинета.

Баронесса поджидает меня у входа в ресторан.

— Хочешь проследить за ними? — спросила она.

— Хочу.

— У нас нет машины. Мы же с Милой приехали.

— Они еще и в разные стороны расходятся, — наблюдаю украдкой за покупателями, — Один пешком пошел, второй в машину сел, а третий…

— А третий остановил извозчика.

— Так, Ева, разделимся. Ты тоже лови извозчика, постарайся проследить за третьим.

Гамлет проследит за тем, который уехал на машине, а я пешком прогуляюсь.

Выпустил Гамлета из инвентаря и отправился за пешеходом. Тот по всей видимости слежки не опасается. Идет на виду, не оглядывается, не торопится. А мне благодаря радару даже не обязательно непрерывно держать его в прямой видимости. Я только на минуту зашёл в кусты, чтоб сменить маскировку на доспехе.

Он прогулочным шагом дошел до рынка, походил между рядами, но ни перед одним прилавком не остановился.