— В таком случае, пусть испытание совершенно безопасно, мы предлагаем оставить ребенка любому члену общины. Так тебе самой будет проще. Ведь никто не сможет сказать, что ждет тебя по ту сторону двери.

Первое желание — отказаться. Но Ожён прав, тащить с собой неизвестно куда Вовку глупо. Я подошла к Панен, стоящей в первых рядах собравшейся толпы зрителей, и аккуратно передала ей ребенка, вытащив его из жилета, а затем сняв и сам жилет. Ужасно не хотелось оставлять сына. Выражение «сердце кровью обливается» приобрело для меня новое звучание. Я поцеловала Володю в лобик, пообещав, что скоро вернусь, и, с трудом оторвав от малыша взгляд, снова подошла к двери.

Все вокруг замерло, казалось, даже время замедлилось раз в десять. Как во сне я протянула руку и толкнула дверь. Та без труда подалась, открывшись настежь и ослепив красным светом закатного солнца…

Пальцы привычно сжимают руль. Из колонок звучит «Наше радио», на часах восемь сорок шесть — безбожно опаздываю. Я побарабанила пальцами по рулю. Пробка стоит глухо, на навигаторе впереди красуется значок аварии. Я вздыхаю, предвидя новые замечания и выговоры от начальства. Утро добрым не бывает.

— Помнишь этот день? — Я резко повернулась, не понимая, почему в моей машине посторонний человек."

"Уже немолодой мужчина вольготно расположился на соседнем сиденье. Я бросила взгляд на кнопку блокировки дверей, она находилась в нужном положении. Когда ко мне подсели? Я точно никого не подбираю и не подвожу по утрам. Да еще не пристегнутый… Моя «Мазда» всегда реагирует на подобное непотребство категорическим писком протеста. Вопрос «Вы кто и откуда?» вертелся на языке.

— Как вы попали в мою машину?

— Сейчас вспомнишь, — улыбнулся мужчина.

Позади начали сигналить. Заглядевшись на пассажира, я не заметила, что впереди освободилось достаточно места. Я передвинула ногу с тормоза на газ, но нажать не успела. К счастью.

Дверь.

Закатная крепость.

Оставшийся в ней сын.

Другой мир — Кирдарий.

Авария и перенос в другое тело.

Призрак в моей машине.

— Это… — Слова застряли в горле. Но меня поняли и без них.

— Реальность, — улыбнулся старик, именно так я его воспринимала при последней встрече в северной башне. — Последние твои минуты в родном мире и в родном теле.

— Мы перенеслись в прошлое?

— Время столь же относительно, сколь и пространство. Мы переместились в пространстве, переместились во времени. В целом законы физики вполне работают, — спокойно ответил мужчина. — Я все-таки советую тебе проехать вперед. — Но кивнул он почему-то мне за спину.

В водительское окно постучали, я вздрогнула от неожиданности, обернулась и наткнулась взглядом на сердитое лицо мужчины. Впереди уже начали влезать в наш ряд другие машины.