Что не поделили сложно сказать, но Леон упрямец. Не слушай его. Чует мое сердце, успеет он еще своей беды огрести. А лорд… Иногда мне кажется, что после твоего отъезда в нем что-то переменилось, и он это утаил от всего мира, отдалившись еще больше.

Хотелось бросить что-то вроде «Мне все равно!» или «Плевать я хотела!», но привитое в пансионе воспитание не позволило, и я только отвела глаза, пряча в них свой гнев.

- Будь осторожна, милая. – Добавила она, и какое-то время мы больше не говорили, каждая думая о своем, прихлебывая травяным чаем и занимая рот очередной булочкой.

- Клави… - Тихо позвала веснушчатая голова, просунувшись в проем двери. – Прости меня.

Женщина вновь сверкнула глазами, и воинственно поджала губы, намекая, что не готова на разговор с провинившимся помощником.

- Клави… - Еще раз позвал он, и полностью просочился в помещение.

Худой и высокий, он нарочно сутулил плечи, чувствуя свою вину и показывая смирение перед рассерженной женщиной. В два шага он преодолел расстояние между ней и дверью и, опустив голову, вытащил из-за пазухи пучок жухлой травы, вручая поварихе как букет.

- Я нашел шалфей. Давай я все переделаю? Обещаю,  я исправлюсь.

- В который раз, Юст? – Спросила она, но я все же заметила, как злость из настоящей превратилась в напускную.

- Ты же знаешь! – Жарко выпалил он. – Я всегда все исправляю, и получается лучше прежнего! Клави… - Вновь жалобно вытянул он, жалостливо сдвигая брови. – Умоляю.

- Да ну тебя. – Она устало махнула рукой, а парень расцвел, расплываясь в счастливой улыбке. – Что стоишь, лыбишься? Иди, исправляй, чертячья задница.

Не слушая больше ее гневных речей, он с нескрываемым энтузиазмом бросился к кастрюлям, приступая к готовке.

- Протеже? - Тихо спросила я.

- Наказание. – Выдохнув ответила женщина, подпирая лицо кулаком. – Но талантливое. Каждый раз готовит невероятные блюда. Вот уже пару лет болтается у меня под ногами, заменив мои собственные. Учиться.

- Без ошибок никуда. – Мягко заметила я. Удивлённый и благодарный взгляд на секунду отвлекшегося мальчишки тепло лизнул лицо.

- Ну что ж, прибить его теперь жалко, хотя иногда и хочется. – Не смотря на, казалось бы, пренебрежительный тон, я смогла почувствовать гордость, которую женщина испытывала к этому несуразному рыжему подростку, который так ловко завоевал ее расположение, может из-за возраста, может из-за действительно выразительного таланта юнца. Сколько я помнила, Клавдия никогда не брала учеников, предпочитая быть единственной хозяйкой на кухне, позволяя слугам только подготавливать продукты к готовке. Например, начистить картофеля или покрошить тонну лука.