– Садись… Топливо кончается.

– Как? Я полчаса назад на заправке полный бак залил! – отрезвляет.

– Я не про то топливо! – закатывает глаза Арман и взбалтывает бутылку. – А про это!

– К черту тебя…

Но все же поднимаю зад с холодной земли, и встаю, полный решимости вернуть свою любимую и разобраться во всем. Принять всю правду, пусть говорит, даже кричит на меня, только не молчит! Это молчаливая решимость собраться и уйти, не выпалив ни одного обидного слова, меня убивает просто. Просто сносит мыслью, что она может легко собраться и уйти, не взяв с собой ничего.

Точно знаю, что ничего не взяла, был на нашей квартире. Только деньги с карты перевела, и снова на то же имя! Вспоминаю, что она говорила, будто деньги переводила брату жены старшего брата… Что-то о необходимости помощи. Почему я толком это не услышал, только разозлился невероятно!

– Чего стряслось? – спрашивает Арман. – Может, я за руль сяду?

– Ты к шампанскому намертво присосался. За руль не пущу.

– Уверен? Это же детский сок! Дай сяду за руль!

– К черту тебя! – отбиваю протянутую руку Армана.

– Я на тот свет не спешу и еще хочу отцом стать!

– Зануда, – вздыхает Арман. – Когда ты успел стать таким занудой? Я думал, с тобой можно покуражиться!

Вижу, как Арман достает телефон и проверяет список звонков, потом методично обшаривает все свои соцсети, куда уже загрузил много фото со свадьбы.

– Вот ты кретин! – замечаю, как он выставил фото, где танцует с Серафимой, а его руки опущены на ее бедра. – Тимур устроит тебе взбучку, что ты лапал его жену за зад.

– Пф… Не лапал я ее! Просто руки поднимал, фото в процессе.

Думаешь, неудачное фото?

– Не валяй дурака, ты делаешь это нарочно, чтобы Тимура позлить. Не хрен лезть к чужой жене!

– Серафима – дерзкая девочка, я с такими дела иметь люблю! – причмокивает Арман. – И дело не в том, что я боюсь гнева Тимура. Она же тройней беременная. Все равно что многоквартирный дом с детишками в трубу трахнуть…

– Заткнись, ради всего святого, умоляю тебя! – прошу Армана.

Но сам вспоминаю, как несколько месяцев назад перед братьями хвастался, что засадил Лиличке по самые яйца и сделал ее беременной! Стыдоба…

– Гыыы… Ты покраснел! Покраснел, отвечаю! – стучит по моему плечу ладонью Арман.

– Че, тоже на Серафимку бы упал, да? Упал бы, если бы не эти куча детишек в ее животе?

– Зачем я тебя с собой взял? Не упал бы я на Серафиму. Даже без беременности.

– Зассал перед старшим! – ставит вердикт Арман, для которого брошенный вызов – это святое.

– Не зассал. У меня своя есть. Девушка. Невеста… Женой должна стать! Ясно?! К ней еду.