После уничтожения дозора Ковалев послал несколько наиболее проворных бойцов, и те, до подхода основных сил немцев, успели докатить до позиций один целый мотоцикл и дотащить второй, поврежденный, а также трофеи с убитых – вдохновленный советами и опытом Иванова, лейтенант приказал тащить на свои позиции все, что можно дотащить. А поврежденный мотоцикл, может, потом на запчасти сгодится. После этого короткого боя задор и боевой дух его бойцов еще усилился, хотя казалось, что больше уже некуда. С горящими глазами, весело перешучиваясь, они ждали следующих врагов, готовясь уничтожить и их.

Но первыми на оборонительных позициях появились не враги, а вчерашний старший политрук-особист. Прибыв на позиции со своей СВТ, он сообщил лейтенанту Ковалеву, что тот по-прежнему командует обороной рубежа, а он здесь только для наблюдения и сбора информации о ходе боевых действий, после чего попросил определить ему место в боевых порядках. А пока, пользуясь затишьем, зарисовал схему конфигурации обороны, подробно расспросил Ковалева, что и как было сделано, особо интересуясь советами от лейтенанта Иванова, затем расспросил о ходе первого утреннего боя и осмотрел трофейные мотоциклы, пулеметы с которых уже сняли и сейчас готовили дополнительные позиции для них. Своей дотошностью особист так вымотал Ковалева, что тот даже с радостью услышал доклад наблюдателя о появлении основных сил немцев и схватил трофейный бинокль.

До конца дня бойцы лейтенанта Ковалева на усовершенствованном оборонительном рубеже отбили четыре атаки танков и пехоты вермахта, перемежаемые бомбежками и артиллерийскими обстрелами. Уничтожили три легкие пушечные «двойки» и две легкие пулеметные «единички», и до роты пехоты. Потери обороняющихся на фоне немецких потерь выглядели мизерными – лейтенант Ковалев потерял двенадцать человек убитыми, еще пять тяжелоранеными. Были еще девять легкораненых, но они отказались уходить в тыл и упросили лейтенанта оставить их на боевом рубеже. Особист, кстати, во время боя проявил себя очень неплохо. Он оказался настоящим снайпером и из своей «светки» – даже без оптического прицела – лихо выбивал немецкие пулеметные расчеты и командиров."

"Из вооружения обороняющиеся к концу целого дня боев потеряли обе «сорокапятки» и четыре немецких пулемета. Но зато добыли отличный трофей – практически неповрежденный немецкий легкий разведывательный бронеавтомобиль «Leichte Panzerspaehrwagen» (Sd.Kfz.222), вооруженный 20-миллиметровой автоматической скорострельной пушкой, как на немецкой «двойке», к тому же с оптическим прицелом. Тут, надо признать, им просто повезло. В последней атаке у немцев кончились танки, а у обороняющихся красноармейцев были разбиты обе противотанковые пушки.