Отныне и навсегда твой плащ будет соткан из того, что нельзя испортить, из того, что никогда не стареет…То, что ты отдал, когда-то вдвойне воздастся тебе».

Сказав так, Иисус обернул Мартина в одеяние из света и, проснувшись, он отправился рассказывать о Христе и помогать бедным.

— Иисус спас святого Мартина, и он принесет мне сюрпризы! — Полин радостно завертелась в кругу сидящих. — Я люблю святого Мартина и пельмени!"

"Все захохотали и потянулись за чаем. Каждый мечтал о сюрпризе от святого Мартина и надеялся на свое чудо. А для меня чудом была моя новая семья — мой муж, переставшая дичиться крошка Полин, Хенни и даже вся прислуга в доме.

Я обрела свой дом, и это стало самым лучшим чудом.

Глава 30

Лисбет не могла уснуть и уже которую ночь вертелась в кровати, представляя предстоящее венчание. Наконец-то ее мечта сбылась, и случилось то, чего она так страстно желала — богатый, а главное молодой и красивый супруг.

Когда он попросил ее руки, бедная девушка чуть не рухнула в обморок от счастья и даже тот факт, что ей придется жить в «Гнезде ворона», не омрачал ее радости.

Подумаешь поместье за городом! Но зато, какое богатое! Какое роскошное! Она станет хозяйкой в нем и первым делом устроит праздник, на который пригласит уйму гостей. Она будет блистать среди толпы как звезда! Самое дорогое платье и, наверняка — роскошные драгоценности!

Вряд ли Леопольд будет против, ведь он так смотрел на нее, с такой страстью и желанием, что Лисбет была уверена — граф исполнит любой ее каприз.

Он сразу сказал, что будет оплачивать все счета матушки, и позволил Лисбет покупать к свадьбе любые ткани, кружева и отделку, не смотря на их стоимость.

Женщины были в восторге и целыми днями носились по магазинам, а вечерами ждали портниху, которая шила свадебное платье.

Девушка с замиранием сердца представляла себе этот роскошный наряд и была уверена, что все гости на свадьбе будут сражены ее красотой. А ландграф обязательно влюбится в свою невесту еще сильнее, как только увидит ее входящую в двери храма, освещенную солнечными лучами.

Почему-то именно эта картина стояла у Лисбет перед глазами, и она надеялась, что погода не подведет ее и пасмурное небо расступится, выпустив солнце к началу венчания.

— Господи, неужели ты прислушался к моим молитвам! — раз за разом повторяла фрау Гертруда, поглощая сладости, купленные за деньги графа. — Моя старость обеспечена! Роскошь, праздники, аристократичное общество!

— Моя сестрица просто умрет от зависти! — Лисбет жалела, что не увидит лицо своей сестры, когда та узнает, что она выходит замуж за Леопольда ван Дильца.

— Она не чета нам, — презрительно скривилась матушка.