Но она выбрала этого сопляка, Шарля. Тогда я ещё надеялся, что Ноэль проявит характер и накажет их. Но он вдруг их простил, устроили свадьбу, и тут выяснилось, что наша недотрога Юджени уже беременна.

- Это её жизнь, - сказала я. – Она вам ничего не обещала, поэтому и не обманула.

- Она всех обманула, - повысил голос аптекарь, но сразу же сбавил тон. – Она всем лгала, Кэт. Жениху, городским парням, и даже Шарлю до последнего не говорила, что уже носит ребёнка. Между нами, она похожа на вас, но глупая, как плотвичка. Мозгов меньше, чем у рыбы. Сейчас мне стыдно, что я был в неё влюблён. Но тогда я злился, да. Очень. Ходил везде за ней. Она меня не замечала – для неё тогда существовал только Шарль. И тут подворачивается такой случай…

- Кровь на снегу?

- Самые крепкие заклятия делаются на крови, - кивнул он. – Когда капнула кровь, я сразу понял, что она решила поколдовать, как глупая королева из глупой сказки. У них тоже были какие-то способности – у Юджени и у этой королевы, как и у моей матери. Только не надо соваться туда, где ты ничего не понимаешь. А Юджени сунулась. Она сказала: «Хочу, чтобы у меня родилась красавица-дочь! Чтобы она была белая, как снег, румяная, как кровь, и с волосами чёрными, как чёрное дерево…», - и замолчала, думая, что ещё добавить. Я стоял шагах в трёх от неё, как раз под чёрным деревом, и добавил шёпотом: «…и чтобы возненавидела ты её до смерти». Только сказал, и тут Юджени заканчивает заклятье: «Аминь». Она так и не придумала, чего ещё пожелать для будущего ребёнка! – он засмеялся сухим, злым смехом. – К тому же, эта дурочка даже не поняла, что произошло. Для неё это были просто слова – продолжение сказки про Белоснежку, которую она так любила. А потом получилось ещё смешнее. Заклятие подействовало, и наша тихоня-Юджени пыталась убить новорождённую дочь, но вместо этого прибила своего любимого Шарля. Ноэлю пришлось быстро состряпать дело о несчастном случае и запереть эту сумасшедшую в клетку. Вот это – настоящая месть, правда, Кэт? Месть всему семейству, чтобы ответили за всё. Жаль, папаша давно умер. Мне бы хотелось посмотреть на его физиономию, когда бы он узнал, что невестка прикончила его младшего сыночка, а старший вынужден быть при ней тюремщиком, да ещё воспитывать и охранять племянницу, которая вполне могла быть его собственной дочерью.

- Вы знали об этом… - я забыла даже убегать, так меня поразило признание - гадкое, чёрное, липкое, как болотная грязь.

- Конечно, знал, - удивился он. – С самого первого дня, как Юджени проломила голову Шарлю. Монтеро всё мне рассказал, в подробностях.

- Значит, он всё же нашёл вас в ту ночь, - поняла я. – Нашёл – и обвинил.

- Он был умный, мастер Гаспар, - признал аптекарь. – Сразу понял, что это моих рук дело. Он и раньше меня подозревал, и мигом сообразил про проклятье.