Теперь каждое движение девушки я знал наперёд. Марика сразу отступила, стоило мне начать отражать все её удары. Я мог достать её пару раз, но специально останавливал кулак в паре миллиметров, чтобы она осознала, что я тоже могу использовать Ки.

После этого осознания Марика наконец воспользовалась силой. Её стихией оказался ветер. Она начала собирать силу в руках и ногах. Если я позволю ей сделать это, точно проиграю. Доигрался блин в благородного воина! Мог же с самого начала боя начать накапливать энергию. Теперь придётся делать это по экспресс-методу, который отличается от обычного чрезмерными болевыми ощущениями.

Резкое уменьшение защитного кокона ещё ни разу не способствовало моему хорошему настроению. Бой я закончил тремя ударами. Марика даже не поняла, что произошло. Просто она потеряла сознание и всё."

"Зрители тоже не смогли понять, что же произошло. Вот мы стоим напротив друг друга, проходит секунда и девушка падает без сознания. Я же спокойно разворачиваюсь и иду к выходу с арены. Все тело ныло от перегрузок, которые оно испытало за долю секунды, которой мне хватило чтобы сблизиться с Марикой и нанести три точных удара.

В первый раз, когда у меня получилось так ускориться я врезался в стену тренировочной площадки, разбив себе лицо и оставив множество синяков по всему телу. Хироши сенсей в тот раз смог снять боль от перегрузок иглоукалыванием и сеансом массажа с особо вонючей мазью. Но тут нет сенсея и мне придётся справляться с последствиями собственными силами.

Единственное до чего я додумался, это попросить Абдуллу достать мне обезболивающих. Как оказалось, обезболивающее имелось у него в машине. В себя я закинул сразу пять таблеток, надеясь на более быстрый эффект.

Как только я попал в дом Муатабара, сразу завалился в кровать, вежливо отказавшись от еды. Ясмин пригрозила, что обязательно расскажет мужу, что я плохой гость. Но мне было всё равно, таблетки ещё не начали действовать. Боль становилась только сильнее.

Я даже не понял, когда провалился в некое подобие сна. Мне снилось, как меня куда-то тащат, раздевают. После издеваются над моим и без того разбитым телом, поочерёдно окуная меня то в ужасно горячую, то в обжигающе ледяную воду. После чего меня мазали чем-то отвратительно пахнущим.

Проснулся я в комнате отведённой мне Муатабаром. В окно только начинали заглядывать первые лучи солнца.

Сколько же сейчас времени?

Я почему-то был абсолютно голым. Только неизменная повязка, как всегда была на своём месте. Всё тело было измазано непонятно чем и воняло от меня словно от дохлой крысы. От отвратительного запаха к горлу подступил ком. Я тут же подскочил и побежал в туалет.