– Еще?

Самый младший в августейшей семье невольно скосил глаза на место, где пару минут назад взорвался имитатор «адской машинки», штатного оружия террористов Российской (да и не только) империи.

– Пропустил бомбу?

– Это само собой.

– Ну-у… не знаю.

Молодой мужчина чуточку напоказ вздохнул и повторил свой небрежный жест:

– Третья мишень справа, самая близкая к тебе. Подойди и скажи, что ты видишь.

Михаил тут же отправился полюбопытствовать, и надо сказать, что увиденное ему очень не понравилось – на задней стороне щита, немного выше условной поясницы, к дереву был привязан на редкость убедительный макет шести динамитных шашек.

– И почему же эта мишень целая?

– Александэр, ну это уж ты совсем!.. Э-э, а разве бывают девицы-бомбистки?

– На востоке их называют общим словом федаины, или асассины, не разделяя притом на мужчин и женщин, в империи же их будут называть… Гм, пока не знаю. Называться народовольцами уже вроде как не модно, а к простым и безыдейным бомбистам во все времена отношение было сугубо отрицательным… Хотя, я думаю, за громким и броским названием дело не станет: обзовут себя какими-нибудь там социал-революционерами[23], а своих удачливых бомбисток назовут боевыми подругами, положившими свои юные жизни на алтарь победы над проклятым царизмом.

Один из столпов того самого царизма задумчиво нахмурился – иногда его друг говорил ему такие вещи, что они попросту не помещались в голове!

– Но мы отвлеклись. После сегодняшнего занятия я наконец-то могу констатировать, что удар саблей в голову[24] тебе уже не грозит. И если ты будешь заниматься с тем же упорством и прилежанием, что и сейчас, то года через полтора-два будет очень затруднительно бросить тебе под ноги бомбу[25].

Четырнадцатилетний юноша внимательно слушал, а его руки словно сами по себе заканчивали чистить и смазывать любимого «Орла».

– То есть основы я выучил?

– Только не загордись.

– Пфе! Александэр… Скажи, а нет ли еще чего-нибудь… ну этакого?..

Князь Агренев вскинул левую бровь, делая вид, что ничего не понял:

– Пожалуй, есть. На третьей арене как раз поставили на станины сразу три пулемета, и если ты хочешь…

– Да нет же, ты не так меня понял!

– Помилуй бог, да как же мне тебя понять, если ты ничего и не сказал?

– Ну я имел в виду… то, чему только ты и можешь научить!

– Ах, вот оно что!.

«Сестрорецкий затворник» со скрытым удовлетворением пронаблюдал, как его августейший гость привычными движениями собирал «Орла» обратно, а затем на полном автомате (и все так же не глядя на руки) начал набивать патронами первый магазин.

– Пожалуй, кое-что найдется. Ты помнишь основное условие?

– Ничего и никому. Помню, Александэр.

– Что же, хорошо.