Когда тебя три раза подряд очень-очень активно и самозабвенно «радуют», то как-то даже «мяу» потом сказать не получается.

– Карин, я волшебник, – поглаживая мой живот, проговорил Князев. Я скосила на него глаза и скептически угукнула, ибо на большее была не способна. – По-настоящему. Нас мало, но мы есть. Можешь называть меня магом, если хочешь. Понимаешь, мы обладаем… силой. Тебе, кстати, тогда не привиделась летающая мебель. Это был я. Так вот… Ты мне нравилась, очень сильно нравилась. Я пытался за тобой ухаживать, потом перебрался сюда, когда ты заболела… Честно, не знаю, как так получилось, но я поставил на твою ауру печать. Печать принадлежности, как на свою единственную избранную.

– Мгм?

– Это бывает у волшебников. Когда встречаешь того, кто твоя идеальная пара. Два волшебника обмениваются печатями, после этого их нельзя разлучить. И противиться их браку уже тоже нельзя. Печать принадлежности – это… как клеймо, его нельзя вывести из ауры обладающего силой, оно ведь тоже магическое.

– Хм!!!

– А ты… Я, наверное, был не в себе, не знаю. Или настолько влюбился, что совсем потерял голову и сам не заметил, как… Прости. Ты из-за этого так сильно заболела. Моя печать сжигала тебя, так как ты не обладаешь силой. Тебе было так плохо, что я испугался и вызвал бабушку. Она очень сильная волшебница и одна из старейшин. Она и увидела эту печать. Ты не бредила тогда, я просто побоялся признаться тебе. Бабушка… благословила и соединила нас древним обрядом. Это навсегда, Карин. Тут я не солгал. После такого обряда ни для одного из нас больше не существует других женщин и мужчин. Только ты и я.

– Мм? – припомнила я свое странное видение, разговор Князева с женщиной, которую он называл «ба», слово «naappa», произнесенное нами обоими в конце загадочной беседы."

"– Прости, Карин, – поцеловал он меня в плечо. – Я не сумел от тебя отказаться. Если бы печать пришлось снять (ты ведь не обладаешь силой, и это удалось бы), то ты поболела бы и оправилась, но мне больше никогда не удалось бы с тобой видеться. Ты согласилась, и… Я люблю тебя, птичка. Не сердишься?

Ну… наверное, я сердилась. Только как-то очень вяло и инертно, ибо сил совсем не было. Ни физических, ни моральных, ни эмоциональных. Даже удивиться по-настоящему не получалось, а ведь мне рассказывали сейчас совершенно дикие, фантастические вещи. Волшебники, сила, магическая печать принадлежности, древний обряд… Кстати, об обряде…

– А?..

– А утром я поехал во Дворец бракосочетаний, дал взятку, и нас поженили, поставили печати в паспорта. Хочешь, покажу свидетельство о браке?

Я хотела. Честно осмотрела бумажку, убедилась, что она не фальшивая, со вздохом вернула ее… мужу.