Просто в таких случаях, как этот, заклинание тщательно изучается, то, что вышло в результате, тестируется, и потом плод трудов криворукого студента помещается в академический утилизатор. Ну, или, если вдруг студент по незнанию или безалаберности совершил прорыв в науке (такое тоже иногда бывает), заклинание уточняется, составляется новая рецептура и неудавшийся эксперимент хранится в архиве! Ты понимаешь, что может произойти, если кто-то это выпьет? Во-первых, последствия непредсказуемы – в бутыли до сих пор чувствуется нехилая магия. То есть это не просто самогон. А во-вторых, пострадают отчетность и моя репутация!"

"– Понимаю… – отрешенно заметила я, думая, что теперь делать. – Ну, я спать?

Повернулась и сиганула по лестнице наверх, под горестный вопль магистра:

– Софэйа, ну где мне найти бутыль?

– Ну… поищите, – на бегу отозвалась я. – Может, под кровать закатилась?

– Под какую кровать? – взвыл магистр, но я уже захлопнула за собой дверь и распахнула шкаф. Нужно было срочно бежать в общагу и надеяться, что эти придурки еще не вылакали мой самогон. Верилось, конечно, с трудом. Но вдруг? Я была девицей позитивной, приученной думать о хорошем.

Основная проблема заключалась в том, что мои навыки в левитации оставляли желать лучшего. На подушке я лететь банально боялась. Наши девчонки пробовали рассекать по городу на швабрах и говорили, что это удобно. Но взбунтовались стражники, и швабры запретили использовать в качестве средства передвижения, как, впрочем, и метлы, веники и даже садовые лопаты. С тех пор студенты изгалялись кто как мог. Красавица блондинка Каве с выпускного курса, помнится, прилетела на зачет на сундуке.

А я боялась. Пешком ночами шастать по ночным улицам тоже страшно, но все же привычнее. Только через дверь я выходить не стала. Вдруг магистр Ренар и синеглазый еще не ушли? Лучше им на глаза не попадаться.

Я вылезла через окно на крышу и по чердачной лестнице спустилась в темный переулок, а оттуда знакомой дорогой помчалась в общагу, которая находилась буквально в двух кварталах от моего скромного жилища.

Но зря я надеялась на положительный исход дела. В общагу я проникла через тайную дверцу, про которую знали не только студенты, но и преподаватели, и, поднявшись на третий этаж, где обитали алхимики, попала в кромешный ад. Заклинание тишины студенты учились ставить достаточно рано, еще на первом курсе, и вовсю его использовали, стараясь скрыть свои гулянки, поэтому услышать, что творится на этаже, можно было, только заглянув за дверь.

В обнимку со все еще полной бутылью бегал радостно-пьяный Леон и орал:

– Ура! Она не кончается!

Мелисса – черноволосая и готичная девица – сидела на стуле, скрестив ножки, обнимала подушку и томно вздыхала.