Такими их обычно изображают на иконах — долговязые создания в длинных белых рубашках с крыльями за спиной. Пожалуй, ничего нечеловеческого в них не было. Обычные люди, худенькие, высокие. А крылья? Так у кого нет недостатков?

Эллины медленно брели, ничего не замечая вокруг. Длинные прямые волосы свешивались вперед, закрывая лица. А вот крылья, сложенные за спинами, оказались все же перепончато-кожистыми. Правда, их покрывал бело-серый пушок, который издали мог вполне показаться оперением.

— И чего Кремер говорил, что они страшные? Смотри, какие хорошенькие! — восхитилась Жавурина, рассматривая приближающуюся процессию из семи эллинов.

Я не стала отвечать ей, потому что хорошо помнила какие, загнутые внутрь, крючья-зубы во рту у детеныша эллина. Что же тогда там у взрослых особей? Внешность обманчива — это я хорошо усвоила на примере Кремера-младшего, и повторять ошибок не хотела. Чем ближе подходила процессия, тем сильнее я вжималась спиной в стену дома.

Может быть, я зря кипешую? Идут себе, никого не трогают, ни на что не реагируют.

— А что они здесь делают? — спросила Юлка у мага.

— Спускаются за необходимыми для резервации вещами, — пояснил наш сопровождающий.

 — Покупают ткани, мыло и разные мелочи.

— Слышала, Ксю? Ангелы тоже пачкаются! — засмеялась Жавурина. А вот мне было совсем не до смеха.

Едва поравнявшись с нами, эллины, как по команде, подняли головы и повернули их в нашу сторону. А дальше… Дальше повторился кошмар из моего сна, только помноженный на семь. «Ангелы» зашипели и оскалились. Они расправили крылья, на которых весь пух встал дыбом, а руки с крючковатыми пальцами и длинными когтями на них протянули к нам.

— Что за… — прошептал маг-сопровождающий и активизировал на руке свой перстень — самый обычный, золотой с большим изумрудом, не из танталума, а значит — не сильный.

Уж в этом, благодаря Едемскому, я теперь хорошо разбиралась. — Леди, как только скажу «бегите», вы побежите со всех ног. Это ясно?

Эллины скалились, шипели, но не нападали. Хотя и это испугало нас до полусмерти.

— Ничего себе ангелочки… — прошептала Жавурина, тыльной стороной рукава утирая выступивший на лбу пот. — Демоны отдыхают.

Я бы и рада была ей ответить, но, как на зло, нестерпимо зачесался нос.

То ли от пуха на крыльях, то ли от пыли, поднятой с мостовой эллинами. Как не пыталась сдержаться, но не вышло, и я громко чихнула. Иные словно ждали сигнала и всем скопом бросились на нас.

— Живой не дамся! — заорала Юлка, закатывая рукава."

"— Lucius Annaeus Seneca! — завопил маг, выставив перед собой кольцо, с которого сыпался каскад желтоватых искр, образующих своеобразный щит. Но разве слабенький артефакт может сдержать натиск семи древних созданий?

Вокруг визжали девчонки, и громче всех «барби».