Расправленные плечи, идеально прямая спина, каждый его шаг — удар моего больного сердца.

Что-то капнуло мне на руку. Я дотронулась до щеки и только сейчас поняла, что все это время по ним катились слезы.

— Ксения! — рука Федорицкого сграбастала мою.

Какое счастье, что их у меня две. Я размахнулась и влепила магу пощечину.

— Никогда. Не смей. Меня. Целовать. — Процедила я. — И вообще, держись от меня подальше!

Развернулась и намеревалась быстро покинуть столовую, но меня остановил голос Элазара.

— Магическое сообщество попросило меня взять учеников. Я долго подбирал кандидатуры и только сейчас определился. По старинной традиции, их два. Я беру в ученики Сильвестра Кремера и… — в зале повисла тишина, а чародей выдерживал паузу. — Мою внучку, Ксению Соколову!

Если против кандидатуры лорда куратора никто возражать не стал, то когда Фонтей назвал мое имя, поднялся недовольный гомон. А мне было плевать! Магия — вот все, что у меня осталось. Я буду учиться и стану сильным чародеем, чтобы доказать… Боже, кому и что я собралась доказывать?

Тяжело вздохнула и поплелась из столовой зализывать свои душевные раны. Сквозь ропот расслышала еще одну фразу Элазара, адресованную, видимо, бывшему верховному магу:

— А я говорил, что не дорос еще твой сын до моей девчонки! Убедился?

— Вы оказались правы, — недовольно ответил ему Филипп Федорицкий.

Вот, значит, как. Инициатива Федорицкого исходила от папаши, стремящегося породниться с Элазаром. Обидно, что из-за досадного поступка Кирилла, я потеряла расположение единственного мага, который стал мне дорог.

Хотя… Расположение, возможно, я и не потеряла, нам еще предстоит совместное обучение, а вот надежду на любовь — да. Что ж, у меня осталась еще магия, а это, поверьте, немало!

Конец первой книги"