– Предлагаю расспросить аборигена – для подтверждения, это, наверно, помощник Лося, Кузьмин или Хохлов, и полетим на Марс.

– Он нас не испугается?

– Судя по тексту повести, люди здесь привычны ко всему и не особенно удивляются чудесам науки и техники. Революция напрочь отшибла у них любознательность, главная задача – выжить.

– Положим, это спорно…

– Поспорим в другой раз. Просто ты не проходил еще социологию и теорию революций, а я проходила.

– Революции готовят мыслители, а совершают бандиты, – вспомнил Тарас чье-то[6] изречение.

– Остроумно, – хмыкнула Настя. – Сам придумал?

Тарас порозовел.

– Нет…

– Ладно, я просто нервничаю. Садимся?

– Как будто у нас есть выбор.

– Выбор есть всегда, надо лишь уметь выбрать самый оптимальный вариант действий. Финишируй прямо в сарай, – обратилась она к инку, – сквозь дыру в крыше. Только тихо, без шума.

«Голем» беззвучно, как сухой кленовый лист, опустился в центр широкой, но неглубокой впадины, выжженной в полу сарая дюзами лосевского аппарата, между скособоченными решетчатыми фермами поддержки.

С минуту его пассажиры вслушивались в завывание ветра в крыше, всматривались в просторное полутемное помещение. Потом Настя решительно села.

– Выходим!

«Мышцы» лифтовой системы «голема» – сфинктера – сократились, выдавливая содержимое наружу. Настя вылезла первой, дождалась спутника. Вместе они некоторое время настороженно осматривались, прислушиваясь к долетавшим в сарай звукам, принюхиваясь к запахам солярки, железа, масел, жженого кирпича и глины.

– «Тут природа вся валялась В страшно диком беспорядке», – процитировала поэта[7] Настя. – Ну и бардак развел здесь товарищ Лось! Никогда не поверила бы, скажи мне кто-нибудь, что в таких условиях можно создать космический корабль! Если бы не увидела сама.

– Лось родился в России, – философски пожал плечами Тарас, – а Россия во всех инвариантах отличается творческим потенциалом народа. Ни одна страна мира не рождала столько изобретателей-самоучек и ученых-гениев.

– Это тебе дед сказал? – съязвила Настя.

Молодой человек покраснел.

– Я читал… мы проходили курс этической истории творчества…

– Все проходили. Я пошутила. Иди за мной.

– Надо сначала придать уникам видимость местной одежды.

– Ты прав, незачем заставлять аборигенов распускать слухи о появлении пришельцев.

После некоторых усилий они объяснили программаторам уников, какими хотят выглядеть, и превратились в людей без определенного места жительства, национальности и занятий.