– Мы в луче гравилокатора! – доложил инк. – Фиксирую слабое торсионное возмущение пространства.

– Какой еще гравилокатор?! – удивилась Настя. – Откуда на Марсе такая техника?!

Тарас почувствовал неуютное беспокойство, будто его голого рассматривали чьи-то недобрые глаза.

– Давай сядем. Не нравится мне… – он не закончил.

С трех сторон от краев шрамовидного кратера метнулись к «голему» огненные пунктиры. И перед глазами пилотов загорелось солнце!

Удар!

Чудовищной силы рывок! Это инк аппарата попытался отвернуть, сбросить с себя луч локатора. Визг сирены!

– Прыгай! – крикнула Настя, имея в виду переход «голема» на «струну» мгновенного движения.

Но было уже поздно.

Новый удар потряс аппарат и тела пилотов.

Дурнота скрутила желудки!

Последнее, что услышал Тарас, был голос инка:

– Потеря энергоресурса! Произвожу аварийную посадку!..

Затем на голову рухнула стена тьмы…

Очнулся он от холодного жгучего ручейка, пронзившего плечо, шею и голову. Сознание прояснилось. Стало понятно, что сработала медико-адаптирующая система уника, включившаяся самостоятельно и приведшая хозяина в чувство.

– Аэлита… – позвал он машинально.

– Поздравляю, Жданов! – послышался насмешливый голос Насти. – Ты уже грезишь Аэлитой. Товарищ Лось тебя не поймет.

Кровь прилила к щекам.

– Я… просто хотел…

– Не оправдывайся. Вставай, лежебока, пойдем искать твою марсианку.

– Она не моя, – запротестовал Тарас.

– Ладно, шучу. Вылезай.

– Темно… включи свет.

– Не включается.

– Что это было? Нас сбили?

– Похоже на то.

– Чем?!

– Соплей дракона Кадума. – Настя нервно хихикнула. – Он таки и в самом деле охраняет Божью Рану.

– А серьезно?

– Откуда я знаю? – рассердилась девушка. – Шандарахнули так, что даже защита «голема» не выдержала. Эй, драйвер, ты меня слышишь?

Инк не ответил.

– Сдох! – прокомментировала Настя. – Все силы потратил, спасая нас. Что ж, придется теперь самим выкручиваться.

– Как мы попадем в трансгресс?

– Придумаем что-нибудь.

Настя зашевелилась, начала освобождаться от упруго-податливых складок защитного кокона. Вылезла из кабины ногами вперед, повозилась у диафрагмы сфинктера. Что-то хрустнуло. В диафрагме образовалась щель, пропуская внутрь аппарата луч света. Настя скользнула в щель, исчезла.

Тарас последовал за ней.

«Голем» лежал в ложбинке между пологими холмиками и грудами камней. Строгую форму тетраэдра он потерял и представлял собой конгломерат дымящихся ребер и перьев. Издали он, наверное, походил на разбившуюся о скалы птицу.

– Бедный! – пожалела аппарат Настя. – Такой удар принял на себя!

Тарас промолчал. Сомнения в правильности избранного поведения снова всплыли из подсознания, заставили переживать.