– Тогда отвечай!

– Пепельница… ой… я говорил… Чернильница? Кинжал? Печать?

– Улита, арбалет! – холодно приказал Арей. – И натяни тетиву получше… Если синьор помидор не хочет тренировать интуицию, будем тренировать его умение держать удар.

– Блин… Мало меня светильником глушили… – сказал Мефодий. Он вдруг очень ясно увидел, как короткая арбалетная стрела-болт выходит у него из спины.

– Я жду! – поторопил Арей.

Мефодий не пытался уже увидеть никакого пруда. Ему стало вдруг плевать на кувшинки и черную воду. Зато он внезапно понял, что лента, стягивающая ему глаза, имеет свои изьяны.

Как раз в районе правого глаза Мефодия плотная ткань разошлась, и туда пробивался свет. Он попытался сфокусироваться на этом крошечном пятнышке света. У него долго ничего не получалось, а потом он все же понял, что при большом старании может что-то увидеть. Нечетко, расплывчато, но может…

– У вас ничего нет в руках. Вы просто гладите пальцами свой шрам, – не слишком уверенно сказал Мефодий.

Арей быстро вскинул голову:

– А вот это уже в точку! А что я делаю теперь?

– Вы дотронулись до усов… Теперь пальцы коснулись лба… А вот сейчас у вас точно кинжал в руке… Нет, его ножны…

– Как ты догадался?

– Ну… Сам не знаю…

– Говори правду!

– Я подсмотрел.

Лента дырявая, – сознался Мефодий.

– В самом деле? Где же? – с внезапным любопытством спросил Арей.

– На правом глазу, чуть снизу! Сместить ее, чтоб было не видно?

– Не стоит. Лента идеальна. Поверь, ее не проткнуть ни одной иглой в этом мире и не разрезать никакими ножницами. Просто твое сознание пробило брешь именно здесь, и правый интуитивный глаз проклюнулся у тебя раньше левого. Разумеется, я предпочел бы левый, но и это неплохо.

Продолжим! Что я делаю теперь?

– Вращаете на пальце пряжку плаща.

– А как она выглядит? Опиши ее подробнее, в мельчайших деталях! Какой на ней узор?

– Я не вижу… Слишком мелко.

– Старайся! Размер имеет значение только при выборе арбузов.

– Похожа на ракушку… Мелкая вязь… – сказал Мефодий и вдруг ощутил, что у левого глаза в ленте тоже появилось крошечное отверстие. Теперь он видел обоими глазами, причем одним лучше, чем другим.

Мало-помалу Мефодий различал Арея все отчетливее. Казалось, дыры в повязке, постепенно расширяются, а сама повязка расползается.

Теперь Мефодий видел не только то, что происходило перед ним, но и то, что было за стеной. Он даже сумел различить Улиту, которая сидела за секретарским столом и, как патроны из обоймы, выщелкивала из коробки шоколадные конфеты.

– Не отвлекайся! Что я делаю теперь? – строго сказал Арей, откуда-то знавший все, что происходит.

– Вы дотронулись до своего дарха!

– Дотронулся? Ты уверен?

– А, нет! Играете им… Теперь раскачиваете за цепочку.