Она, должно быть, знала, чего ожидать, как только ступила обратно в Нью-Йорк, но все же вернулась.

А теперь она приведет нас прямо к Энцо.

«Как поездка?» - спросил я, садясь на диван перед ней. Я сел и скрестил лодыжку на противоположном колене, наблюдая за ее реакцией, как ястреб.

«Вы… кто… такие…?» - заикалась она, дико оглядывая комнату и моих людей. Она искала выход, но его не было. Не в этот раз.

Однако это не помешало ей попытаться. Она побежала на кухню, и я разочарованно вздохнул.

«У меня нет времени на игру в кошки-мышки, Анна», - крикнул я достаточно громко, чтобы мой голос эхом разнесся по стенам.

Я слышал ее крик, и она кричала, чтобы кто-то ее отпустил. В отчаянии потерев лицо, я ждал, пока она вернется в гостиную.

Я обернулся и увидел, как Николай тащит ее назад, пока она металась. Анна бросилась на землю, пытаясь остановить Николая. Вместо того чтобы остановиться, он просто схватил ее за руку, волоча по полу.

«Нет. Отпусти меня! Пожалуйста, не трогай меня, - хныкала она, когда Николай поставил ее передо мной.

«Если ты будешь сотрудничать, я не причиню тебе вреда», - стоически ответил я, взглянув на нее взглядом.

Она вздрогнула и отпрянула. Качая головой, она прошептала: «Я ничего не знаю об Айле».

Я удивленно приподнял брови, и из груди вырвался бессердечный смешок. «Откуда ты знаешь, что я здесь ради Айлы?»

Ее глаза расширились, и она закрыла рот. Поздно. Ее уже поймали.

«Где твой муж? Скажи мне, где Энцо, и я тебя отпущу, - прорычал я, наклоняясь вперед так, что мое лицо было всего в нескольких дюймах от ее лица.

Она несколько раз покачала головой. «Я не знаю. Я правда не знаю. Пожалуйста, я говорю правду.»

«Я действительно ненавижу, когда люди врут», - прохрипел я, прежде чем откинуться назад, давая испуганной женщине немного передышки.

«Я не вру», - умоляла она, ее глаза расширились от страха. Она смотрела на моих людей умоляющими глазами, как будто просила кого-то помочь ей.

Но никто не собирался ей помогать. Она была в моей власти «Я знаю, в чем ты участвовала. Каждую деталь. У тебя может быть невинное лицо, но ты далеко не невинна, - прошипел я, и мой голос становился громче с каждым словом.

Энцо вместе с Альберто участвовал в торговле людьми. Что меня удивило, так это то, что я узнал, что его жена тоже была частью этого. Она обучала жертв становиться рабами.

Меня тошнило от мысли, что женщина поступала так с другими. У меня заболело сердце, когда я подумал, что Айла могла быть одной из этих жертв.

Ее дрожь усилилась, лицо сморщилось, по щекам потекли слезы. Меня это нисколько не смутило. Ее страх был бесполезен, и она была беспомощна."

"«Начинай говорить!» - проревел я. Ее спина выпрямилась, когда она прижалась к стене, съежившись в углу. Когда она ничего не сказала, Николай шагнул вперед и поднял ее.