Он слегка раскачивался, было странно видеть этого гиганта в такой позе. Перед ним лежало маленькое безжизненное, сильно обгоревшее тело тайки. Я закричала не издав ни одного звука, не могла, внутри все органы сжала невидимая рука. Подошла к нему и опустилась рядом на колени, чтобы разделить боль и скорбь.

Лука сидел рядом с ней, закрыв ее глаза:

— Ки леха хамамлаха. Вэхагвура. Вэхатифьэрэт. Леольмэй. Амэн.

Я поняла, что он дочитывает молитву и не стала мешать ему. Просто сидела рядом, не мешая. Не любила эту старую вредину, но уважала ее, и никогда не думала, что буду наблюдать за ее такой страшной смертью. Как же мне хотелось разобраться в чувствах Луки, проникнуть в его голову и узнать его мысли, сказать ласковое слово поддержки.

Дьявол посмотрел на меня, осматривая при этом мою целостность, убеждаясь что я не пострадала. Благодаря ему я оказалась самая целая после взрыва. После чего его взгляд снова остановился на Руни, а потом на двух его парнях, которые лежали уже мертвые на земле. И я поняла, как ему больно.

Подползла к нему ближе, прижимаясь лицом к шее, повинуясь непонятному порыву. В глазах дьявола еще отражалось пламя, горевшее уже внутри него.

— Твой глаз. — прошептала я, потягивая его за руку и снова глядя на татуировку. Может смерть обходит его стороной, потому что на коже молитва? — Нужно чтобы Алан посмотрел твой глаз.

Гроссерия не шевельнулся, набирая воздуха и прижимая меня к себе. Я уже знала, что ему нужно зарыться в мои волосы, и я была не против. Не шевелилась в его руках, хотя было жутко неудобно в такой позе.

— Господин… — к нему подбежал парень в таком же обгорелом костюме. Его лицо было покрыто решимостью и трауром. — Мы закончили осматривать территорию. Активных снарядов больше нигде нет. Бомбу заложили в ворота и скорее всего только у входа дома. Так что, когда машина стала переезжать… сработал механизм активирующий снаряды по очереди… К тушению дома уже приступили.

— Когда ее успели заложить?

— Скорее всего, когда меняли ворота. — я дернулась, виновата отстраняясь. Ворота меняли из-за меня после моего побега. — Мы тогда заменили их полностью и большая часть охраны отсутствовала. Захар тогда… Болел.

Я никогда не чувствовала себя так ничтожно. Мне хотелось просить прощения.

— Найдите мне их. Я хочу убить их всех лично. Они пришли в мой дом… — Лука встал, приподнимая меня за собой. — Алиса, пожалуйста, давай сегодня мне не нужно будет за тобой гоняться, хорошо?

Он посмотрел мне прямо в глаза, и я закивала, вина, итак, сжирала меня изнутри. Выпустив меня, он пошел к своим погибшим ребятам, а я послушно поплелась за ним, как щенок за своим хозяином. Вдалеке на каталку укладывали Захара, и я побежала к ним, оставляя дьявола наедине со своим горем.

— Алан, Алан. — крикнула я.