— Ну что, за победу!

* * *Москва. Императорский дворец.

— Прелестно, просто прелестно! — император читал отчеты разведки о случившемся в Риме, и улыбка не исчезала с его лица.

Дочитав, он поднял взгляд на великого князя, тот не разделял мнения государя в этом вопросе, что и показывал всем своим видом.

— Дядя, выдохни, — Василий отмахнулся, — никто ничего не докажет. Пересечения границы не было?

— Не было, — нехотя ответил Николай Николаевич, — государь, я не понимаю, как эта парочка оказалась за границей и как вернулась, нужно как можно быстрее допросить Бестужева!

— А почему не Суворова? — улыбка императора стала еще шире, — тем более что опыт общения со стариком у тебя уже есть. Правда, не уверен, что на этот раз ты выживешь, дядя, но это дело житейское, иногда за отчизну и пострадать не грех, — Василий хмыкнул, — ну чего замолчал, продолжай.

— Суворов ничего не расскажет, а давить на старика бесполезно, — великий князь взял себя в руки, — а вот с Бестужевым есть варианты.

— И какие? — император откинулся на спинку стула, — по силе вы с ним равны, а учитывая наличие у него второго дара, он даже немного сильнее тебя, дядя, разве что ты натравишь на него ИСБ, так не сработает же, — Василий покачал головой, — что, не дает покоя способ их передвижения, себе такой же хочешь, я прав?

— Не себе, государь, а империи, — обиженно произнес великий князь, — на кой мне такое? А вот империя только выиграет, если у нас будет способ добраться до чужой столицы так быстро, разве я не прав?

— Прав, конечно, прав, — император закивал, — вот только ссориться из-за этого с грандмагистром и будущим грандмагистром я не хочу. Суворов не просто так согласился ему помочь, уверен, после того как они разнесли вдвоем Библиотекарей, старик будет считать себя должником Бестужева. Хочешь воевать с кровавым демоном? — император вопросительно поднял бровь.

— Нет, государь, — Николай Николаевич тяжело вздохнул, — воля ваша, но как бы у этой парочки не вошло в привычку так действовать. Итальянцы сильно возникать не будут, не тот уровень у них, а вот другие игроки могут показать свое недовольство. И что тогда будем делать?

— Разберемся, дядя, — Василий улыбнулся, — сегодня империя в очередной раз показала силу. И пусть эта операция устроена не нами, но это не имеет никакого значения, главное, что теперь европейские шавки очень долго будут думать, прежде чем так открыто отправлять убийц в империю. А теперь иди, нам всем надо отдохнуть.

* * *Хладоград, полтора часа спустя.

— Ну что, паря, ты показал себя очень, очень неплохо, — когда мы остались с Суворовым одни, старик подошел ко мне, держа в руках бокал с вином, — ты помнишь мои слова о долге?

— Помню, — я медленно кивнул, — только я не считаю, что вы, граф, что-то мне должны.