‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Надеюсь, вы говорите обо мне. Или у меня есть конкурентки?

— Она мне нравится, — произносит Соколова, оборачиваясь к сыну. Саша горделиво выпячивает грудь. — Отец в кабинете с другими мужчинами, скоро будет ужин.

— Саш, цветы, — напоминаю я и, перехватив корзину, протягиваю её женщине. — Это вам. Поздравляю с годовщиной. Не знала, что вам подарить…

— Не стоило беспокоиться, милая. Оставь её здесь. Слуги заберут.

Слуги!

Надеюсь, мои глаза не сильно расширились.

Этот мир разительно отличается от того, в котором я привыкла жить.

— Пойдём, познакомлю тебя со всеми. Сашенька никогда не приводил в дом подруг. Все умрут от любопытства.

Эвелина берёт меня под локоть и мягко тянет в сторону гостиной, из которой раздаётся женский смех. В моих руках оказывается бокал с шампанским, и я понимаю: отказаться не получится.

Беспомощно оборачиваюсь к Саше, надеясь, что он не оставит меня один на один со своей матерью так быстро. Однако мой парень уже забыл о моём существовании.

Его внимание полностью отдано широкоплечей фигуре в белой рубашке.

Переставляю потяжелевшие ноги вслед за Эвелиной, не забывая улыбаться. Она представляет меня подругам и их дочерям. Те, как и родительница Саши, сперва изучают мой внешний вид и только потом дарят дежурные кивки, мигом теряя ко мне свой буржуйский интерес.

Я вижу Мирона только со спины, но по позвоночнику уже ползёт холодок. Сверлю взглядом его затылок. Сегодня мы не виделись, потому что его не было на первой паре, а потом я уехала на работу.

Сердце колотится как сумасшедшее.

Моя реакция на него непонятна.

Чёрные, зачесанные назад волосы, размеренные движения хозяина жизни, словно все здесь ему должны. Он подносит к губам стакан с янтарной жидкостью, делает глоток, что-то отвечает на реплику Соколова и замирает.

Гейден медленно ведёт головой в сторону. Обводит глазами комнату, словно кого-то ищет, и останавливается, только когда наши взгляды пересекаются.

Мой желудок сжимается.

Губы Мира растягиваются в знакомом оскале. Он приподнимает свой бокал в приветственном жесте и залпом выпивает, неотрывно глядя прямо на меня.

12

— Чем вы занимаетесь, Ангелина?

Повернув голову, с вежливой улыбкой смотрю на мать Соколова. На неё и на трёх её подруг, окруживших меня плотным кольцом. Допрос начинается. Я, конечно, не предполагала, что мне дадут насладиться этим вечером в полной мере, но хотелось бы сначала поесть.

С кухни доносятся божественные запахи еды. Я переживаю, как бы мой желудок не издал позорный голодный вопль после двенадцатичасовой смены в магазине.