Есть, безусловно, фильмы, соединяющие и то, и другое, но на этот раз Насте не повезло. Если главный герой и любил кого-то, то только себя, а Насте этого было явно недостаточно.

Зато Влад, казалось, был весь во внимании. Он искренне переживал, следя за боевыми действиями, во время одного из них схватил Настю за руку и долго не отпускал. Она раздумывала о том, что недальновидно полностью затемнять зрительный зал во время просмотра. Неужели она зря старалась и теперь ее красота пропадает зря в этом кинотеатре. Влад ее совсем не видит. Сидит рядом, держит ее за руку… Другая на ее месте была бы счастлива. Насте же чего-то не хватало. Может, комплиментов от него?

– Ты сегодня необыкновенная, – прошептал ей Влад, не отрывая взор от экрана, – прелесть!

Настя не поняла, к чему относится эта прелесть: к ней или к главному герою, который вспорол брюхо врага кухонным ножом. Рука к тому же без движения затекла, Настя поворочала захваченной ладонью, и та спокойно выскользнула из руки Влада. Он попытался найти ее вновь, но Настя обхватила ладонями лицо, якобы в порыве переживаний за главного героя, вспарывающего кухонным ножом брюхо своего второго врага. О поцелуях не могло быть никакой речи!"

"Они сидели не в последнем ряду, а в самом центре зала, где со всех сторон было полно любопытствующих глаз. Среди них могли оказаться соседи и знакомые. Зачем давать им пищу для сплетен? Вот если бы рядом сидел Гурин! Настя, нисколько бы не думая, сама поцеловала бы Влада. Действительно, нисколько не думая. Только так можно общаться с братом Вишневской. С братом! Она до сих пор не может поверить в эту историю, хотя Влад по дороге в кинотеатр рассказал ей о договоренности между ним и сестрой. Он должен был встречать ее на крыльце загса, вызывая ревность бывшего кавалера, такого, надо сказать, стервеца… Почему должен? Потому что проспорил, а спорили они на желание.

Настя обернулась назад и вгляделась в зрительный зал. Никого, отдаленно похожего на Гурина, она не заметила. Конечно же, в такую темень разве что разглядишь! Мало того что света в зале нет, так еще и фильм снят в потемках. Хорошо, что главный герой не афроамериканец. Впрочем, ничего хорошего от фильма Настя уже не ждала. А вот Влад мог бы ее поцеловать, когда в зале загорится свет. Почему бы и нет? Вдруг Гурин действительно сидит в зале. И не один, а с какой-нибудь Вишневской.

Влад ее поцеловал, быстро, мимоходом, словно привык это делать каждый раз, когда они встречаются. Он поцеловал ее на выходе, когда они вместе с толпой покидали кинотеатр. Но в толпе не промелькнули знакомые глаза. Настя даже немного расстроилась. А чего она ожидала? В отношении Гурина у нее нет никаких позитивных мыслей. Она будто отталкивает его от себя, боясь чего-то неизведанного.