Не порезал, а прострелил. И именно в тот момент, когда я выходил из подъезда.

– Я сейчас спущусь!"

"– Можешь себя не утруждать. Я сам разберусь.

– Ну что ты такое говоришь…

Я хотела было броситься к двери, но дорогу мне преградила обезумевшая Лида. Она достала из сумочки пистолет и направила на меня.

– Стой, – тихо сказала она, и глаза ее стали ледяными.

– Лид, ты что?

– Стой, я сказала…

– Денису прострелили колеса. Нужно к нему спуститься.

– Сейчас ему прострелят не только колеса.

Я чуть было не грохнулась в обморок.

– Лида, что ты такое говоришь? Это же твой муж!

– В том-то и дело, что это мой муж. Через несколько минут я уже буду свободна. Я стану вдовой.

– Ты хочешь сказать, что Дениса сейчас… убьют?

– Вот именно.

И на улице опять прозвучали выстрелы.

Я сжала кулаки и была готова провалиться сквозь землю от собственной беспомощности.

– Лида, там стреляют…

– Там и должны стрелять.

– Что значит должны?

– Наверное, Денис уже мертв. Осталась самая малость – грохнуть тебя. Если бы ты только знала, как я ненавижу своего мужа. Если бы…

– Ты не должна его убивать! Ты должна с ним развестись.

– Развестись? Развестись и жить на те жалкие гроши, которые я себе отсужу? Ну нет! Я хочу получить всё. На следующей неделе Сашенька выходит из больницы. Я должна быть свободна. Хочу, чтобы он понял, что ради него я пойду на любые жертвы и любые безумства. Ничего, что он не хочет со мной разговаривать. Это сейчас. Я уверена, что он меня простит. Я просто в этом убеждена. Ведь его студентка даже ни разу не проведала его в больнице. А я… Я ходила каждый день. Правда, меня не пускали, но я стояла под окнами.

– Лида, ты сумасшедшая… Мне надо к Денису.

– Стой. Никуда ты не пойдешь. Если попытаешься сделать хоть шаг, я выстрелю. Ты думаешь, я не способна на поступок? Очень даже способна… Во времена далекой молодости я грохнула свою любовницу.

– Любовницу?

– Ну да. Было время, когда близкие отношения с женщиной не были для меня противоестественными. Мы закончили вместе школу, а затем улетели на юг. Она открыла для меня мир секса. Поначалу меня это увлекало. Это было что-то другое, совсем не похожее на привычные мужские объятия. Мужчины не умеют ценить красоту. Они могут только ею пользоваться. Моя любовница оценила меня по достоинству. У нее были нежные пальцы и чувственные губы. Наши ласки были бурными и восхитительными. Но затем эти отношения стали меня тяготить. Целый месяц я не находила себе места, потому что ночью страстно ее желала, а днем относилась к ней не лучше, чем к подруге, и заглядывалась на интересных мужчин. А затем мое влечение прошло, и подружка стала закатывать ежедневные сцены ревности. Мне нужны были только мужские сильные руки, и только мужские ласки. Я поняла, что не лесбиянка.