И в джунглях оставлю, только когда удостоверюсь, что он здоров и готов к жизни в естественной для него среде.

Козловски медленно покачал головой.

— Я не прошу от вас ничего сверхсложного, товарищ Козловски, — продолжила я натиск. — Всего лишь предоставьте аэрокар и сопровождение… Станция полна биологов, зоологов и прочих людей, связанных с животными. Что такого удивительного в том, что мы отправимся искать тхайна? Разве вы не совершаете вылазок в джунгли, чтобы найти особь какого-то животного, или раздобыть образцы каких-то растений?

— Вы просите о невозможном, Унсури, — отрезал Козловски. — Далеко в джунгли мы вылетаем только с военными, потому что в джунглях опасно. Сейчас — опасно вдвойне. Королева инсектоидов ясно дала понять, что людей в джунглях видеть больше не желает. Любая встреча с инсектоидами может окончиться смертью для человека.

— Я могу управлять инсектоидами. Это не проблема.

— Все равно соваться в джунгли без оружия и сопровождения обученных людей нельзя. К тому же, Унсури, вы говорите о взрослом тхайне, а не о беззащитном щенке. Сильно ранено животное?

— Сломана лапа в нескольких местах.

— Пф-ф! И вы переживаете?

— Да. Переживаю. Ему очень больно.

— Больно? Гражданка Унсури, вы понимаете, как это звучит? Вы осознаете, о чем просите? Даже если мы и найдем вашего тхайна, доставим его сюда, на станцию, изолируем, то на какие средства он будет содержаться? Где он будет содержаться? Чем мы будем его кормить? Мы не можем бессистемно привозить сюда животных только по вашему желанию. Работа станции заточена под определенные задачи — размещение и лечение тхайнов в эти задачи не входят! А отправлять аэрокар в джунгли, да еще и выделять вам помощников я не стану, потому что затея ваша безответственна и безрассудна.

Козловски нашел нужные аргументы, уверился в их силе и разумности, обрел уверенность и под конец своего монолога даже стал сердит. Я выслушала его спокойно, и, как только он закончил свою речь, сказала твердо:"

"— Вы правы — в задачи станции не входит излечение и содержание тхайнов, а мои требования не очень разумны. Но вы их выполните.

— С какой стати, позвольте спросить?

— Вы любите свою дочку, Козловски? Конечно, любите. А теперь представьте, что ваша Джуди попала на станцию к людям, которые вынудили ее участвовать в заговоре. Представьте, что Джуди использовали, как приманку для негодяя. Представьте, что она оказалась в джунглях, где на нее охотились все подряд, где опасно все — даже вода! Вам бы не хотелось такого для своей дочери? Конечно, не хотелось бы. Так и мне не хотелось, но я была вынуждена участвовать.

— Вы согласились сами, гражданка.

— Са-ма? — по слогам выговорила я. — Да неужели? Ваш драгоценный Гетен меня шантажировал.