Но самое главное — как вы думаете, что он затеял? Он готовит для кого-то личную тюрьму, и насколько я могу судить… — Он подался вперед и закончил шепотом: — Это может быть моя дочь!

— О Боже! — Мэгги всплеснула руками. — Погоди, Гарри, это еще не известно. У тебя он был всего однажды, почему ты думаешь, что…

— Потому что я не могу себе позволить думать иначе! Понимаешь?

Она кивнула:

— Понимаю. Тогда выход один, я уже сказала — немедленно отменить освобождение до суда и запереть! Осталось всего несколько дней процесса, а потом…

— А если его не осудят? — прищурился Босх. — Что тогда? Он выйдет на свободу, и никакого наблюдения уже не будет.

За столом наступила тишина. Я смотрел на Босха, понимая, в каком напряжении он находится в последние дни. У него нет даже бывшей жены, чтобы помочь хоть словом.

Босх поднял голову:

— Мэгги, ты сегодня Хейли увозишь?

— Да, только приберем здесь.

— Не могла бы ты взять к себе и мою дочь? У нее в рюкзаке смена белья… Я заеду утром и успею отвезти ее в школу.

Мэгги замялась. Босх продолжал:

— У меня поздно вечером встреча, и я не знаю, где окажусь. Возможно, даже выйду на Романа. Хотелось бы иметь руки свободными.

Она кивнула:

— Хорошо, договорились. Девочки, похоже, уже друзья. Надеюсь только, что они не проболтают всю ночь.

— Спасибо, Мэгги.

Мы помолчали.

— Гарри, расскажи, что за тюрьма, — попросил я.

— Склад под пирсом Санта-Моника.

— Что, серьезно?

— Я там вчера побывал."

"— Почему такое странное место?

— Думаю, из-за того, что́ в изобилии водится наверху.

— Дичь?

Он молча кивнул.

Я все еще не мог поверить.

— Но как же, ведь услышат? Неужели прямо под пирсом?

— Чтобы не услышали, можно принять меры, — мрачно проговорил Гарри, — да к тому же волны так бьют о сваи, что кричи не кричи, никто и ухом не поведет. Даже выстрела не услышат.

Босх лучше нас разбирался в темных сторонах жизни, ему можно было верить. Я тоже отодвинул тарелку, есть совсем расхотелось. В сердце нарастал ужас.

Мелисса Лэнди… Чья теперь очередь?

36

Среда, 7 апреля, 23:00.

Джильберт и Салливан ждали его в машине на бульваре Ланкершим у пересечения с шоссе Сан-Фернандо. В окрестных трущобах работали лишь стоянки подержанных машин и автомастерские. Единственный мотель в округе даже не имел названия. На светящейся вывеске значилось просто «Мотель».

Джильберт и Салливан — на самом деле Джильберт Рейес и Джон Салливан — были сотрудниками одного из наркопатрулей, действовавших в долине Сан-Фернандо. В поисках Эдварда Романа Босх дал ориентировку всем подразделениям этого профиля, сделав ставку на то, что Роман в отличие от Сары Глисон со старой жизнью так и не порвал. Откликнулся лишь Рейес.