— Я так чувствую!

* * *Возвращение в Техас проходит спокойно и без приключений. Никто более техномага у нас отбить не пытается. Да и даже захоти диверсанты Парижа провернуть один и тот же трюк дважды, мой отряд этого бы не позволил.

Город нас встречает суетой и подготовкой к наступлению Железного Легиона. О том, что едва не было украдено главное светило местной науки, известно совсем узкому кругу лиц.

Зато в «комитет по встрече» входят те самые братья, о которых и шла слава, что один из них обладает способностями техномага.

— Гайка! Живая! — восклицает Грим, подскочив к девушке и сжав её в крепких объятиях. Парень отличается квадратной челюстью, крепким телосложением, и рыжей шевелюрой, а также ковбойской шляпой, что-то и дело норовит съехать на глаза.

— Но целая ли? — появляется вскоре и второй брат, Хершес. Этот, наоборот, высокий и худой, челюсть и цвет волос, аналогичный Гриму, сразу выдаёт в мужчине родственную кровь.

— Отпусти, паскуда! Пусти, кому сказала! Задушишь, чёрт плечистый! — верещит Гайка.

Кое-как она всё же выскальзывает из цепкой хватки Грима и прячется за меня, убеждённая тем, что хотя бы моя спина укроет её от любви родственников.

— Как грубо, — вздыхает Грим, впрочем, удивлённым он не выглядит. Кажется, это норма для Гайки.

— Спасибо вам за то, что вытащили нашу сестрёнку из лап этих негодяев, — протягивает мне ладонь Хершес, — Хоть у неё и туговато с выражением своих эмоций, но я уверен, она рада тому, что её не утащили в Париж.

— Я, между прочим, всё ещё здесь и всё слышу! — рычит Гайка.

— На то и был расчёт, — кивают братья.

* * *Пока отвечающий за гарнизон Техаса Лось обсуждает с Гайкой вопросы её личной безопасности. Я узнаю у братьев подробности их оригинальной мистификации.

Да, Грим у нас является старшим братом, Хершес — средним, а Гайка — младшая из их родни.

Оказывается, Гайка ещё на Земле была самым настоящим вундеркиндом. Она окончила Массачусетский университет экстерном, после чего стала работать на какую-то фирму, связанную с высокими технологиями. Название её мне ни о чём не говорит.

В итоге девушка засела дома, и чем старше она становилась, тем острее проявлялась её нежелание общаться с людьми. Для неё люди казались всегда чём-то недалёким и примитивным, в отличие от собственных изобретений.

В результате Гайка обратилась в настоящего интроверта, причём настолько, что могла неделями и месяцами не покидать своей домашней лаборатории и столь же долго не общаться ни с кем, кроме своих коллег по сети.

Очутившись же в мире Системы, её нежелание иметь дела с другими игроками лишь усилилось. Все вокруг будто озверели, вернулись в первобытное общество.

Это вызывал отвращение и страх. А редкий и ценный класс Техномага этот страх ещё и усиливал.