Ни десантники Техаса, ни воины Рима, ни уж тем более фанатики Вавилона не создавали столько проблем.

Разве что Чёрная Стража на заре своего создания обладала таким же ультимативным превосходством в экипировке и выучке. И то нам так и не пришлось столкнуться с ними вплотную."

"Как оказывается слава Легиона создана не на пустом месте. Даже в столь безвыходном положении, как засада ночью, даже после смерти своего командира, парижане всё ещё сопротивляются натиску гвардейцев.

Одержать верх они, естественно, не смогли. Но нельзя не отметить, с какой яростью и рвением они сражались. А ещё нельзя не отметить и то, с каким упрямством они теперь молчат, не желая идти с нами на контакт.

Угу, сидят, связанные по рукам и ногам, да молчат, как партизаны! И не выведать у них ни планов Парижа, ни их точной численности. Ничего!

И как с этим работать, собственно? Не устраивать же массовые пытки и допросы на месте?

Однако ответ находит наш вновь найденный «Лорд-Шериф», а точнее Боба, который наконец освобождается от своей маскировки.

Именно он указывает мне на одного конкретного солдата, которого мои парни отводят в сторону. И только тогда он начинает петь соловьём.

— Я всё расскажу! Всё расскажу! Только не возвращайте меня к ним! — заверяет нас Лион, так зовут этого паренька.

Оказывается, Лион принадлежит к «пришлым», это те игроки, что изначально принадлежали к фракциям, захваченным Париж. Подобные ему размазаны толстым слоем по всему Железному Легиону.

На вопрос отчего же другие солдаты не делают колоться и готовы умереть, вместо того, чтобы раскрыть секретную информацию о своей фракции, он отвечает:

— Они — идейные. Винтики Легиона и никак иначе. Они преданы Парижу без остатка и так легко их не сломить. Они умрут ради своей фракции, и ничто не изменит их позиции. По крайней мере, не сразу, — поясняет Лион.

— А ты тогда чего столь говорлив? — усмехаюсь я.

— Так, наш полис недавно покорили, — пожимает плечами Лион, — Либо на перерождение отправляться, либо к станку, словно раб. А так я хоть мир посмотрю.

После чего Лион рассказывает нам много чего интересного. И о том, что на север Легион выделил пять тысяч солдат. И о том, что силы генерала Эрика уже разбиты и он прячется где-то в лесных чащах.

И о том, что это за удивительные щиты такие у солдат Легиона.

— Всё дело в рунах, — поясняет Лион, — В Париже их накладывают на всё, что только можно. На простых солдат выделяют только по одной руне, а вот на лейтенантов и командующих армиями приходится куда больше. Но почему так и вообще как это всё устроено я не знаю. Честно. Этот секрет скрывают даже от идейных.

Только сейчас мы обнаруживаем упомянутые Лионом руны на внутренней стороне трофейных доспехов. Да и на щитах имеются эти самые руны.