Внезапно Люк чуть отстранился, и из горла его вырвался глухой стон, еще более воспламенивший Перл. Она обняла Люка за шею и запустила пальцы в его волосы.

— Подожди немного, — пробормотал он, высвобождаясь.

Люк снял перчатки, и Перл тоже стащила свои. Она едва не задохнулась от уже знакомого ей прикосновения его рук — казалось, пальцы Люка обжигали.

Они принялись срывать с себя одежду — избавившись от перчаток, они словно избавились от всех запретов.

Перл хотела просто разорвать неподдавшиеся крючки амазонки, но Люк отстранил ее руки и начал один за другим расстегивать крючки.

Она поняла, почему он это делает, но все же сгорала от нетерпения. Наконец он расстегнул последний крючок, и Перл тут же сбросила амазонку.

Люк сел на край кровати, чтобы снять сапоги и бриджи. Перл же тем временем скинула нижнее белье. Не успел Люк подняться, а Перл уже стояла перед ним обнаженная. Приблизившись к нему, она усмехнулась и опрокинула его на кровать.

— Леди сегодня намерена повелевать, не так ли? — проговорил он с улыбкой.

— Вы правильно поняли, милорд. — Она легла сверху и прижала его к перине.

Люк тихо рассмеялся и сказал:

— Вверяю вам свою судьбу, миледи.

— И не только судьбу. — Она принялась поглаживать его распростертое тело. Сначала широкую мускулистую грудь, поросшую густыми черными завитками волос, затем бедра, живот и еще ниже…

Он вздрогнул, когда ее пальцы прикоснулись к его отвердевшей плоти. Перл же, приподнявшись, уселась ему на бедра. Затем наклонилась и поцеловала его.

Люк снова рассмеялся.

— Удивительно, тебе потребовался всего один урок, чтобы научиться обольщать.

— Но ведь урок был такой замечательный… — Она опять наклонилась и принялась целовать его грудь.

Внезапно Люк привлек ее к себе и пробормотал:

— Настало время для второго урока. Посмотрим, какая ты ученица.

Он чуть приподнялся, и его восставшая плоть коснулась ее лона. Перл вздрогнула и застонала — ей казалось, что она вся пылает, объятая пламенем. В следующее мгновение он вошел в нее, и ей вдруг почудилось, что она распалась на мелкие части, растаяла, растворилась в незнакомых ей прежде ощущениях. Вскоре Перл уловила ритм движений и тоже начала двигаться — все быстрее и быстрее. Когда же они, наконец, достигли вершин блаженства, она громко вскрикнула.

Люк вскрикнул почти в тот же миг, а потом оба затихли.

…Они медленно приходили в себя. Перл всматривалась в лицо Люка, не думая о том, что он может прочесть в ее глазах. Он улыбнулся и, приподнявшись, поцеловал ее в губы.

— Ты самая восхитительная из женщина, Перл. Я люблю тебя.

Она долго ждала этих слов, и вот он наконец-то произнес их. Перл улыбнулась и вместо ответа тоже его поцеловала. В следующее мгновение она вдруг почувствовала, что плоть Люка снова напряглась.