— Она погладила его по руке. — Ты заслуживаешь той жизни, для которой был рожден, а вовсе не мистер Уоллис.

Люк стиснул зубы, и Перл подумала, что он станет возражать. Но он тут же снова улыбнулся и кивнул:

— Хорошо, я сделаю так, как ты говоришь. Ради моей матери и ради тебя.

«Но не ради меня», — подумала Перл. Она поняла, что своим упорством оттолкнула его и что это непоправимо. Он все сделает как надо — такой уж он человек. Но он никогда не простит ее — ведь это она все устроила.

Люк взял миссис Стедмен за руку и усадил ее на стул рядом с собой. Взглянув на герцога, сказал:

— Что ж, ваша светлость, скажите, что я должен делать.

«Теперь я его потеряла», — промелькнуло у Перл. Чтобы скрыть подступавшие к глазам Слезы, она встала и быстро вышла из комнаты. Уже в коридоре Перл прислонилась к дверному косяку и дала волю своему горю.

Она добилась своего — заставила Люка остаться в ее мире. Но в результате между ними разверзлась пропасть, и только она одна была в этом виновата.

Глава 15

Золотая клетка оказалась даже более тесной, чем он предполагал. Не успевал Люк кончить с одной кипой бумаг и отсидеть еще одно слушание в геральдической палате, как на него наваливались следующие дела.

Прошел май, исчезли туманы, и выглянуло солнце, но Люк, казалось, этого не замечал. Целые дни он просиживал в номере отеля «Иббетсон», изучая документы.

Тихое повизгивание отвлекло его от бумаг — Аргос просился погулять."

"— Можно мне выйти с ним, сэр… э-э… милорд? — пробормотал Рифля.

Прежде чем надолго обосноваться в отеле, Люк заехал к себе и прихватил Рифлю и Аргоса. Правда, теперь он сомневался, что сделал доброе дело.

— Вам совсем не обязательно сидеть здесь целый день, — улыбнулся Люк.

 — Идите, гуляйте. Но будьте осторожны. Мы не знаем, прекратили ли сыщики свои поиски. И обращайся ко мне «сэр» — ведь пока дело не закончено.

Рифля все еще не мог взять в толк, как же теперь величать Люка.

— Мы вернемся часа через два. Сейчас возьму свою шапку и поводок Аргоса. Только не знаю, смогу ли я его удержать.

Люк вздохнул. Как бы ему хотелось пойти вместе с ними! Он бы с огромным удовольствием шатался по улицам Лондона и ни о чем не думал, полагался бы лишь на свой ум и на удачу. Увы, он потерял свободу — видимо, навсегда.

И еще он потерял Перл.

Сначала он злился на нее — руководствуясь собственными, пусть благородными, целями, она заставила его взяться за это дело, не оставив ему выбора. Однако уже через неделю Люк понял, что именно это его в ней и восхищало: не считаясь с ценой, она поступала так, как подсказывала ей совесть.

А цена была немалая — и для нее, и для него. Он мельком взглянул на нее, прежде чем она в тот день покинула библиотеку. Было очевидно: Перл очень переживала — ей казалось, что она лишилась его уважения.