Что бы ни произошло с Генри Олдерли, король по-прежнему желает, чтобы Ловетта доставили к нему. А госпожа Олдерли хочет вернуть племянницу — отчасти потому, что чувствует перед этой девушкой вину.

В последний раз Кэтрин Ловетт видели в субботу вечером в кофейне. Она может быть где угодно — как в Лондоне, так и за его пределами. Возможно, ее даже нет в живых. И все же место, с которого надо начинать поиски, мне известно, и никто не запрещал мне туда ходить.

Почему бы и нет? В глубине души я таил робкую, стыдливую надежду: что, если я добьюсь хотя бы небольших успехов, и тогда госпожа Оливия Олдерли одарит меня улыбкой?

Когда я постучал в дверь дома госпожи Ноксон во дворе «Трех петухов», было около шести часов вечера.

Открыла мне служанка Марджери. Я спросил, дома ли господин Хэксби.

— Да, сэр, но я… мне не велено вас пускать. Сначала я должна позвать хозяйку.

— Проводите меня к господину Хэксби, а хозяйке о моем приходе сообщите потом, — предложил я.

Девушка с сомнением глядела на меня. Я достал кошелек и дал ей шесть пенсов.

— Дело очень важное, — прибавил я. — Господь свидетель, никто не станет вас винить.

Тут Марджери сдалась и повела меня наверх, в апартаменты господина Хэксби. Он стоял у чертежной доски возле окна. Быстро темнело, и на столе уже горели две свечи. На этот раз он был одет в строгий серый камзол и выглядел гораздо бодрее, чем два дня назад. Мое появление его не удивило. Наверное, он видел в окно, как я шел по двору.

— Если мои услуги вам не… — начала Марджери.

— Да, можете идти, — кивнул ей Хэксби.

— Госпожа Ноксон, сэр…

— Передайте ей, что я не возражаю, и скажите, чтобы не беспокоила нас. Когда понадобитесь, позвоню в колокольчик.

Дверь за горничной закрылась, Хэксби сел в свое кресло и указал мне на ближайший табурет.

— Итак, вы вернулись. Зачем?

— Моя фамилия вам знакома, сэр?

— Что?

— Я Марвуд, сэр. Может быть, в прежние времена вы знали другого человека с той же фамилией?

— Помню печатника Марвуда. — Хэксби склонил голову набок. — В прежние времена. Хотя близко я с ним знаком не был.

— Он мой отец, сэр, — ответил я. — Я до сих пор ищу Джейн. — (Чертежник едва заметно пожал плечами, но ничего не сказал.) — Только на самом деле ее зовут не Джейн, верно?

— Правда? С чего вы взяли?"

"— Ее настоящее имя Кэтрин Ловетт.

 — (На секунду лицо господина Хэксби исказила гримаса, будто от внезапной боли.) — До Пожара эта девушка жила в Барнабас-плейс вместе с дядей Генри Олдерли и его семейством. Но через день-два после того, как сгорел собор Святого Павла, она сбежала и пришла сюда — возможно, из-за того, что дядя намеревался выдать ее замуж против воли. Подозревают, что старый слуга Ловеттов, некий Джем Брокхёрст, помог ей скрыться и в ту же ночь напал на кузена девушки, Эдварда.