За дни моего вынужденного затворничества Цыпа вполне оправился после сквозного ранения и смотрелся как новенький – сытая круглая мордаха и самодовольный взгляд, как и прежде.

Незнакомец, сидящий за соседним столиком, слишком уж старательно делал вид, что в нашу сторону вообще не смотрит, тем самым вызывая у меня серьезные подозрения.

– Цыпа, глянь-ка на рыжего фраера в сиреневом костюме, – вполголоса сказал я, наклонившись к телохранителю, за обе щеки уплетавшему жареную баранину. Ты, случаем, его не знаешь?

– Нет. – Молодой ни на долю секунды не оторвался от мясного блюда, всецело увлеченный постыдным занятием. Чревоугодием то бишь.

– Да ты ведь даже не посмотрел! – возмутился я, охваченный праведным негодованием на вопиющую халатность телохранителя при исполнении профессиональных обязанностей.

– Не хипишуй, Евген, зазря. Я этого типа давно засек и пасу каждое его движение. Мой шпалер уже взведен и снят с предохранителя, а кобура расстегнута. Беспокоиться тебе не о чем – гад и прицелиться не успеет, как я из него знатный дуршлаг сотворю. Гарантия! – Верный Цыпа скосил на меня самодовольный взгляд. Если начнется заварушка, махом падай на пол.

Как-то враз я успокоился и вернулся к прерванной трапезе:

– Пустяки, братишка. На киллера он совсем не похож. Скорее всего банальный ""топтун"" из уголовного розыска.

– Я тоже думаю, что из наружного наблюдения, – солидаризировался со мной соратник, пренебрежительно выпятив губы, блестевшие от жира.

– Салфеткой, Цыпа, не забывай пользоваться, – по-отечески попенял я. – Мы же культурные люди как-никак! Скорее никак, чем как.

Зал ресторана, где мы приземлились отужинать, весьма напоминал дорогой импортный гроб – продолговатый и овальный по форме, а стены почти сплошь обиты красивеньким красным шелком поверх полированных дубовых панелей. Впрочем, данный малосимпатичный нюанс на моем и Цыпином аппетите никак не отразился. Мы люди совсем не суеверные. Да и нервные наши системы по прочности, думаю, не уступят железобетонной конструкции. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!

Благополучно прикончив по две порции хорошо наперченной прожаренной баранины и запив это нехитрое дело бутылкой полусухого шампанского, мы покинули ""гробовое"" заведение без всякого хипиша и ненужной стрельбы. Я даже где-то в глубинах души слегка порадовался такой приятной неожиданности.

– А ведь рыжий гад все-таки за нами увязался, – сообщил Цыпа, включив двигатель ""мерса"". – Вон за руль белой ""шестерки"" садится, падла.

– Ничего опасного, братишка. Он всего лишь один, – успокоил я бдительного соратника, всмотревшись в зеркало заднего обзора. – Обычная профилактическая слежка ментов. Ладушки! Давай домой рули.