— Я не могу говорить о гибели нашего сына, это слишком больно. Но я хочу, чтобы ты знала, Глория. Как бы мы ни ссорились, если у нас будет ребенок, я всегда буду рядом с тобой.

Комок подступил у нее к горлу, и она быстро заморгала, чтобы скрыть предательские слезы.

— Спасибо тебе, — мягко сказала она.

Его слова шли вразрез с его действиями. Но почему же тогда он покинул ее, удивилась она. А может, Чейз вернулся к Мэгги в тот момент, когда она потеряла к сексу всякий интерес? Возможно, поэтому он не стал жениться на Мэгги. Но оправдывалось ли предательство тем, что оно было случайным? Она не знала… И, поймав Чейза за руку, добавила, увлекая его вперед:

— Пошли.

Бедный Луиджи потеряет нас, если мы не поторопимся.

— Ты успокоилась? — спросил Чейз, обнимая ее за плечи и по-детски радуясь резкой смене темы разговора.

— Конечно.

Глория улыбнулась в ответ. Но его признание задело ее глубже, чем ей вначале показалось.

Торопясь вслед за неутомимым Луиджи, они шли по улицам с тротуарами и сточными желобами. На одной из стен была классическая фреска, изображающая группу мужчин, жульничающих в карты с помощью зеркала.

— Смотрите, ничего не изменилось, — засмеялся Луиджи, показывая на фреску, но Глория практически не слышала его.

Последние несколько дней она прожила в каком-то безумном сексуальном угаре. Но теперь сказанные ранее слова Чейза четко всплыли в памяти. Он говорил ей, что она задолжала ему ребенка, но Глория преспокойно выкинула это из головы. Она надеялась, что за несколько месяцев секса с Чейзом, его желание выгорит дотла, и тогда для нее наступит долгожданная свобода. Внезапно все оказалось не так просто.

Но если она забеременеет от него? Ведь тогда она никогда не сможет покинуть собственное дитя, оставив его на попечение мужа. Она покосилась на Чейза. Его интерес вызвал трубопровод на очередной вилле, и это позволило Глории спокойно наблюдать за ним. Чейз не из тех людей, которые могли бы отпустить ее с ребенком. А как же тогда она сможет жить с Чейзом без любви, без уверенности, что ему можно доверять? Но самое страшное: как в такой атмосфере будет чувствовать себя ребенок? Ее даже затрясло при мысли об этом.

— Замерзла? — удивленно спросил Чейз, прервав ее хаотические размышления.

— Нет, нет, — запротестовала она и, указывая на трубопровод, сказала первое, что пришло в голову: — Твое внимание привлек трубопровод с профессиональной точки зрения?

Он с грустью посмотрел на нее, и глаза его слегка сощурились.

— Не совсем так. Сфера моего бизнеса теперь сильно расширилась. Со строительством я почти не связан. Несколько лет назад на этом рынке произошел спад, и теперь я сконцентрировал усилия на финансах.

— Финансы?..