В нашу единственную встречу она смотрела на меня волком.

— Ей захотелось самостоятельности, — улыбается Лев. — Сказала, что мы ее слишком опекали в детстве и теперь ей нужна свобода. Алиса учится в университете и снимает квартиру с подругой.

— А если ты здесь на ночь глядя, то где твой сын?

— У моей сестры Юли. Помнишь, мы с тобой познакомились, когда я не мог ее найти? Мы с ней живем в одном подъезде и наши сыновья почти ровесники и очень дружат. Ночуют по очереди то у нас, то у них. Завтра я везу мальчиков на картинг.

— Ох, Лева. Жизнь тебя, конечно, тоже потрепала, но ты все-таки хорошо устроился.

И так везде ладненько. Отец-одиночка с женщиной для встреч. Кстати, а много их у тебя было? Ну тех, что для здоровья?

— Нет, не много.

— Ой, а давай мы корпоративчик замутим: “Лев Николаевич и его бабы в Ясной поляне”. Как тебе, а? Общих тем для разговора у нас будет много.

Лев лишь усмехается и скользит по мне взглядом.

— Ты не ответила на мой вопрос, — напирает Лев. — Что за мужчина?

— Ну ты же знаешь, что он работал в пресс-службе Министерства финансов. Сначала разговаривали по телефону, потом он предложил встретиться.

Я согласилась. Клин клином вышибают.

— Долго ты с ним была? — Лев заскрипел зубами, показывая, как ему неприятна одна мысль об этом.

— Я с ним не была. Сходили пару раз на свидание. И все, — отвожу взгляд, вспоминая, как неловко тогда было перед ним.

— И все? Что…он тебя за руку даже держал?

— Нет. Я его ударила, — занимаю рот чаем только, чтобы не смотреть на него."

"Лев начинает звонко смеяться, а у меня опять дежа-вю. Вот точно также он сидел на этом месте и хохотал, когда я рассказывала ему веселые истории из своей жизни. Поразительно, как все-таки много воспоминаний о двух месяцах с ним все еще живут во мне.

Хорошая память — мой дар и проклятие.

— Даже страшно подумать, что он такое сделал, что ты ему врезала, — Лев, наконец, приходит в себя.

— В том-то и дело, что ничего. Просто защитная реакция. Я потом долго перед ним извинялась, — оправдываюсь я. — Даже вискарь дорогой подарила. Хороший парень. Женился через год после этого. На нормальной девушке без заскоков.

— Я хотел спросить еще тогда, — Лев подается перед и, сцепив руки замком, положил их перед собой на стол.

 — Почему ты такая?

— Какая?

— Почему так реагируешь на мужские прикосновения, боишься, дерешься?

— Уже не дерусь. Я прошла терапию.

— А все-таки? Я помню тебя восемь лет назад. Ты же даже меня держать за руку поначалу боялась.

Долго вглядываюсь в его лицо, собираясь с мыслями. Лев — тот самый человек, разрушивший мои оковы. С ним я ожила, а потом снова погибла. И есть ли смысл сейчас ворошить прошлое?

— Правда не такая уж приятная, — признаюсь честно. — Даже мне понадобилось много лет, чтобы ее принять и отпустить.