Он сковывает по рукам и ногам, вяжет язык, туманит разум. — Отвяжитесь, мальчики. Идите к мамочкам по домам!

Пытаюсь вырваться из цепких лап мужчины, от которого несет перегаром. Посмотрела на второго и поняла — дело дрянь. У него зрачки расширены, я такие видела во время рейд по наркопритонам. Но эти не похожу на вонючих нариков, поймавших приход. Они другие: богатые мажоры, зажравшиеся уроды, считающие, что им все позволено. И я бы сейчас с удовольствием дала им в морду, но обездвижена. Пытаюсь вырваться, но мужик, пусть и пьяный, все равно сильнее.

— Побудешь нашей мамочкой? Мы с другом любим делиться телочками, — издевательски смеется.

 — Тащи ее к нам, — он хочет коснуться пальцами моего подбородка, но я плюю ему в лицо и попадаю прямо в глаз.

— Блядь, сука- он заносит ладонь, я от страха жмурюсь и уворачиваюсь, но вместо удара слышу другое.

— А-а-а-а, ебать, отпусти.

Распахиваю глаза и вижу, как обкуренного ударил в живот никто иной как Лев. Тот сложился пополам, а мой спаситель схватил его за шкирку и еще раз ударил. Наркоша упал на пол и схватившись за бок, начал кричать. А Лев присев рядом на корточки, вцепился ему в волосы, оттянул их назад и посмотрел в лицо.

— Гнида, блядь, решай какую руку тебе отрезать сначала? — хрипит мой спаситель.

В этот момент почувствовала, что хватка ослабла и воспользовавшись моментом, врезала второму мажору по носу. Услышала сначала хруст, затем дикий ор и трехэтажный мат. А еще почувствовала как печет ладонь — все-таки с возрастом драться стало сложнее, суставы уже не те. Схватила запястье пальцами второй руки и принялась растирать, наблюдая за тем, как моему второму обидчику Лев тоже что-то втирает за жизнь и при этом бьет точно по тем же местам.

Думаю, что на сей “приятной” ноте надо валить, но не оставлять же здесь разъяренного Льва, в которого бес вселился.

Глава 18

— Лев! Лев! Остановись! — кричу и дергаю его за легкую куртку. Главное — самой не попасть под раздачу. — Остынь уже!

Мужчина вдруг останавливается и, тяжело дыша, несколько секунд вглядывается в мое лицо.

— Соня, — наконец, выдыхает он.

— Соня, Соня, — ворчу я. — Идем уже, пока ты их не прибил окончательно. Не люблю мокруху, — отшучиваюсь я, а саму все еще потряхивает.

— Как ты? Повредила? — подходит ко мне слишком близко и берет за ладонь, а я резко ее убираю, словно кипятком ошпарило.

— Не надо. Все нормально. Идем. Мое такси подъехало, — разворачиваюсь и решительно иду к машине, а Лев — за мной.

— Зачем такси? Я сам тебя отвезу, — не спрашивает, а командует.

— Спасибо, обойдемся только дракой, — бросаю ему через плечо. — И вообще, ты что следишь за мной?

— Нет, зачем? — нагло врет.

Подхожу к такси, открываю дверь и волей-неволей приходится посмотреть на Льва.