— Твой работодатель не любит вишню? — спросила она, закусив губу.

— Нет, с чего ты взяла? — округлила глаза я.

— Просто он так резко отказался, когда я предложила пироги с вишневым вареньем. Я надеюсь, не обидела его своим приглашением? Оно и понятно, мы — люди простые, чего ему с нами якшаться. Но ведь предложила от чистого сердца…

«Надменный пуп земли! — ругнулась я про себя, топая в дом. — Чаю ему с моей мамой выпить зазорно! Правильно, зачем ему думать о чувствах других людей…»

— Мамуль, не заморачивайся… — махнула я рукой. — Я вот от пирогов точно не откажусь!

Мы долго сидели на кухне, пили чай. Потом болтали с папой, возились в огороде с мамой.

Кстати, именно тогда я заметила трех зимородков, наблюдающих за нами. И улыбнулась. Вот так да… Алексей не смог тут быть сам, но всё равно позаботился о моей безопасности — столько инниферов ради одной меня!

Потом мы с мамой готовили жаркое на обед, а лазанью на ужин. Это был хороший, качественный день, настоящий, не знаю даже, как сказать по-другому. Давно у меня таких не было.

Уже к вечеру, когда я нетерпеливо вышагивала в гостиной, поглядывая в окно и дожидаясь, пока за мной приедет Алексей, мама вдруг отложила вязание и спросила:

— У тебя с ним что-то есть, да?

— С чего ты взяла?!

— Ну как же… — Мама откинулась на спинку кресла. — Твой шеф на тебя так смотрел… как кот на сметану или валерьяну! Он определенно испытывает к тебе теплые чувства.

— Алексей? Чувства? — нервно усмехнулась я. — Глупости! Я более бесчувственного человека, чем мой шеф, не встречала. В той груди сердца нет, там компьютер…"

"— Я целый день об этом думаю… Твой отец тоже когда-то такой был — не тронь его, не обними, но изменился со временем. Всё идет из семьи, дочь! Вдруг у них чувства было не принято проявлять, слова добрые говорить. Может быть, поэтому он такой зажатый, а тебе кажется, что чувств нет.

Я резко остановилась, нахмурилась.

— Мам, с чего такие далеко идущие выводы?

— Я женщина простая, но наблюдательная… Утром краем глаза подметила, как у этого Алексея физиономию перекосило, когда я тебя обнимала. Ясно же — не в чести у них были объятия в семье. Может, мама строгая, может, еще что.

— Нет у него мамы, — зачем-то уточнила я.

— Так тем более! Если с отцом рос, какая тут ласка, он и слова такого поди-ка не знает. Так что ты строго не суди. А так нормальный мужчина… К родителям тебя привез, хотя не должен был — доброе дело сделал. Просто так такие поступки людьми, у которых вместо сердца компьютер, не совершаются.

— Глупости говоришь, мам, — фыркнула я. — Это у тебя о нем только первое впечатление такое положительное, потому что меня в гости привез.