Пульсирующая боль в голове вызывала тошноту.

Я еще сильнее согнулся и уперся руками в пол, задыхаясь. В груди все горело огнем.

Мучительный соблазн.

Я играю для Яны на акустической гитаре.

Песня с большим смыслом.

Сильней любви в природе нет начала,

Дороже всех сокровищ – любовь!

Я повторю тебе это вновь и вновь:

Счастлив лишь тот, кем владеет любовь!

Мое сердце забилось со страшной скоростью, а туман в голове начинал рассеиваться.

День моего рождения. Ненавижу его.

«Впусти уже в свою жизнь эту музыку. Исцели себя».

Меня скрутило от боли.

Отрезвляющая игра на рояле.

Яна – маяк в моем темном мире.

Ты во мраке ночи для меня зажжешь свет.

Зародившаяся в тот момент связь и маленький шажок к свободе.

«Сегодня ты не один».

Я задрожал, мои плечи начали трястись.

Пламя страсти непереносимой силы. «Ты моя».

Две половинки, ставшие единым целым.

Инь и Ян. «Музыка, которую я написал, захватит тебя в плен, Веснушка. Потому что я написал ее для тебя».

Сила всепоглощающей любви обрушилась на меня.

«Ты наполняешь мою жизнь смыслом. Ты стала для меня всем».

«Я тебя люблю».

Головокружительное счастье. Пустоты больше нет.

Я вспомнил все, что забыл. Все то, что вместе со своим болезненным страхом музыки захлопнул в глубинах своего сознания. Все семь месяцев моей жизни, которые были пустой книгой, теперь заполнили свои страницы словами и событиями.

Тут же возникла сильная боль в душе. Когда я осознал, что натворил. Я уехал. Я сделал то, чего никогда не сделал бы прежний я. Поднялся на негнущихся ногах и приблизившись к роялю, взял фотографию дрожащей рукой. Перевернул ее, читая слова, которые она написала.

«Возвращайся ко мне, мой маленький принц».

– Яна, – вырвалось у меня. Я провел пальцем по ее лицу на уже потрепанной фотографии. – Прости меня. Я все испортил.

Теперь надо было все исправить. Расталкивая всех в коридоре, я ворвался в гримерную.

– Где Вернер? – закричал я.

Не получив внятного ответа, я побежал дальше по коридору, заглядывая в разные кабинеты. В одном из них я, наконец, нашел Вернера Вайснера.

– Гедеон, ты странно выглядишь! Что случилось?

– Мне надо с тобой поговорить! Я все вспомнил! – выпалил я. – Ко мне вернулась моя память!

Брови Вернера высоко взлетели от моего заявления. Он тут же поднялся с кресла, в котором сидел, и приблизился ко мне.

– Хм. Значит, ты все вспомнил. Что ж, поздравляю тебя, – радости в его голосе не было слышно. – Но возвращение твоей памяти ничего не меняет в условиях нашего с тобой контракта.

– Я хотел бы это обсудить. Потому что для меня это меняет абсолютно все! Я хочу разорвать наш контракт и уйти сразу после завтрашнего московского концерта.

Лицо Вернера вытянулось, он нервно сглотнул.

– Ты не можешь разорвать контракт.