– И что это было? – спросил он, окинув нас выжидающим взглядом, а мы замерли словно пристыженные мыши, не зная с чего начать.

Пожалуй, стоило послать обычное сообщение, а не нажимать кнопку тревоги. Но я испугалась, что он слишком поздно заметит наше послание. А время шло на минуты...

– Здесь остатки неизвестного приворотного зелья, – осторожно начала Беата, протягивая Аббасу вещдок.

А я мысленно вознесла молитвы Триединой, что проклятый приворот вызывал тягу только к Луиджи. В противном случае, мне впору было писать завещание.

На красавца Мастера дамы и без зелий вешались штабелями, а про Ингварда не стоило и говорить. Даже сейчас мои чувства к Тёмному пробивались сквозь дурман приворота и с каждой секундой находиться рядом с ним было сложнее.

– Интересно, – задумчиво протянул Мастер, – вы нашли её в саду? И, если это улика, почему вы держите бутыль голыми руками?

– Я набросила на неё магическую заморозку, – отчиталась заклинательница, – все отпечатки и само зелье сохранились в целости и сохранности.

– Хорошо, – взгляд наставника потеплел, а в голосе проскользнули заинтересованные нотки, – где вы нашли бутылку?

– Окрестности уже обыскали? – уточнил Ингвард.

– В этом нет необходимости. – ответила Эльза, – зелье в нектар подлил принц Луиджи. Он же опоил им нас и княжну горных троллей. Только на меня и Беату приворот не подействовал, а Лесли...

По поляне штормовой волной растёкся флёр тёмной ярости. Мастер Рейнгарс и Ингвард моментально поняли, что произошло, и теперь я бы не дала за шкуру принца и ломаного медяка.

Но в душе теплилась робкая надежда, что мы успеем отомстить поганцу первыми.

– Значит, на балконе мне не показалось, – в хриплом голосе некроманта проскользнули металлические нотки. – Он и впрямь угрожал тебе.

Ответить я не успела. С пальцев Тёмного сорвались изумрудные искорки и меня оплело магическими нитями, а марево приворота начало отступать на задний план, словно его и не было никогда. Странное чувство... будто мысли о Луиджи просто стёрли вместе со всеми эмоциями...

– Это эмпатический стазис, – пояснил Ингвард, – он поможет продержаться до конца дежурства. Когда сдадите смену, я лично сварю противоядие и проверю вас на сопутствующие одурманивающие плетения.

– Спасибо, – чужим голосом ответила я.

Ощущения были... ужасные. Мысли плавали в киселе, в ушах шумело. Я чувствовала себя рыбой, которую глушили гномьим динамитом. Но это лучше, чем любоваться принцем и мечтать о его поцелуе.

Бр-р-р-р... да я скорее всех жаб перецелую на тинтарском болоте, чем эту погань венценосную!

– Принц ждал вас в саду? – уточнил Ингвард.