Единственным, хоть сколько-нибудь интересным событием стал местный пьянчуга, решивший зачем-то забраться в нашу повозку. Может, хотел украсть её вместе с лошадью, а может просто искал, чем бы поживиться внутри. Так или иначе, Тур, выскочивший наружу и начавший размахивать топором очень быстро внушил оборванцу мысль, что лучше бы ему спасаться бегством.

К утру, как и обещал Вернон, Ансельму существенно полегчало. Синяки из иссиня-чёрных больших пятен превратились в коричневые, уже заживающие кровоподтёки. Да и выглядел он после ночи сна существенно лучше.

"

"— Ну, а теперь мы ждём, — я хлопнул ладонью по небольшому деревянному столу, когда все собрались к завтраку, и уставился прямо на Ансельма, — Ждём правды и объяснений, какого хрена тут вообще происходит.

— Твоих «друзей», — на это слово наш бывший спаситель почему-то сделал особый упор, — Это не касается. Они всё равно ничего не поймут.

— Поймут, не поймут, а право знать они имеют, — отрезал я, — Как-никак они рисовали жизнью ради спасения моей шкуры. И твоей, между прочим, тоже.

— Когда именно? — недоуменно уставился на меня Ансельм.

— Сегодня ночью. Когда ты чуть не привёл погоню к нашему дому, — аргумент вышел не особенно убедительным. На деле погони не было, или он её предварительно увел в сторону, запутав следы. Но Ансельм спорить не стал.

— Ладно, но, как я уже и говорил, они всё равно ничего не поймут, — пожал плечами он, — А разжёвывать очевидные вещи я не особо хочу. Ты как, вообще, перед отправкой сюда читал условия контракта?

— Нет, — ухмыльнулся я, — Не в том состоянии был.

— Понимаю, — кивнул Ансельм, — Даже больше, чем ты думаешь.

У всех нас истории примерно похожи. Различаются лишь причины, подтолкнувшие к этому шагу, да и то — нечасто. Так вот, в условиях контракта есть один примечательный пункт, говорящий о том, что корпорация не несёт ответственности за потерю личности вследствии непредвиденных сбоев системы. Его стараются не афишировать, особенно людям, идущим на сделку. Но тем не менее он есть, и один такой «баг» закрался в систему перерождения, — Ансельм почесал нос, ковырнул деревянной ложкой остывающую похлёбку, обвёл нас взглядом и продолжил, — Видишь ли в чём проблема. Благодаря нашему антимонопольному законодательству корпорация не может доить твоих родственников вечно, продавая им «подписку на твою жизнь». Допускается лишь единоразовый платёж в пределах строго оговоренной суммы. Таким образом, после переноса сюда, ты становишься практически бесполезным куском кода. Куском, который существенно разоряет кампанию, так как полная симуляция твоего сознания требует огромных вычислительных мощностей, и не приносит ей практически никакой пользы.