Легко сказать, да сложно сделать! С чего начать-то? С так называемого предательства моего отца? С того жуткого утра, когда я обнаружила родителей мертвыми? Или красочно живописать те страшные полгода, когда я отчаянно пыталась выжить и не дать умереть брату? А быть может, рассказать ему о моей постыдной сделке с Гарольдом, когда я согласилась стать его любовницей в обмен на кров и еду для меня и брата? Про мою глупость с вызовом отродья бога-пасынка не хочется даже вспоминать.

Я вздрогнула, заметив, с каким сочувствием на меня смотрит Фелан. Да что ты будешь делать, я действительно начинаю верить, будто он читает мои мысли!

– Что вы можете рассказать о королевском наместнике? – вдруг резко переменил он тему разговора, будто забыв о том, что так и не получил ответа на свой предыдущий вопрос.

Виер Кеймон Регас. Я с такой силой сжала бокал, что едва не раздавила хрупкое стекло. Опомнившись, немного ослабила хватку и осторожно поставила его на поднос пробегавшего мимо слуги. А этот вопрос еще сложнее и тяжелее предыдущего.

В памяти сама собой всплыла та отвратительная сцена в санях по дороге сюда. Кеймон пытался изнасиловать меня! И я не сомневалась, что если бы мое сопротивление было чуть менее отчаянным, то он непременно довел бы задуманное до конца.

А его обещание восполнить все мои потери, если я буду с ним? Все это очень странно.

Фелан открыл было рот, желая спросить еще что-то, но в последний момент передумал. Усмехнулся и одним глотком осушил второй бокал вина, который ему поторопился подать услужливый слуга.

– Сдается, мы с братом рискуем задержаться в вашем городке, – сказал он. – Норберг тут по делам, так сказать, личного характера. Но вряд ли он устоит от искушения сунуть свой нос в происходящее.

Культ бога-пасынка, говоришь? Никогда о таком не слышал, но в вашем городе вообще весьма странные обычаи.

Я вздрогнула, как от удара. Да, но я даже не заикнулась о культе! Точнее, я о нем только думала, но точно не говорила. Тогда что же получается: этот симпатичный блондин в самом деле умеет читать мысли? Ох, жуть какая!

И я выразительно передернула плечами, вспомнив, какие именно непристойные сцены совсем недавно мелькали перед моим мысленным взором. Взять хотя бы отвратительную выходку Кеймона.

– О, сдается, твой жених пожаловал, – произнес Фелан, глядя куда-то поверх моей головы.

Я резко повернулась и увидела, как в гостиную влетел бледный от переживаний Абальд. Застыл на пороге, явно выискивая кого-то взглядом, затем увидел меня и аж воссиял в улыбке.

– Хеда! – Абальд с такой поспешностью ринулся ко мне, что едва не сбил с ног какого-то вальяжного господина, который лишь в последний момент с удивительной для столь внушительной комплекции проворностью успел отпрыгнуть с его дороги.