Парень крутится рядом с врачом, полицейским и моим отцом, что-то говорит, машет рукой в сторону темнеющей полосы леса.

Скорая отъезжает. Мужчины возвращаются в машину. Гордей нервно ерошит ладонями волосы, сгибается пополам, уперев ладони в колени и смотрит прямо мне в глаза через лобовое.

— За скорой, — отец отдает распоряжение водителю. — Доигрались в любовь! — рявкает на меня.

Глава 39

Артем

— Что с Элей? — разворачиваюсь к нему."

"Молчит, словно наказывая меня еще сильнее отсутствием информации.

— Папа! — повышаю голос.

— Улетела на мотоцикле в какую-то канаву.

Переломов нет, ударилась головой. Сейчас без сознания. Остальное скажут в больнице.

Он отворачивается. Я тоже. Сердце нервно качает адреналин по венам. Все так медленно. Спецсигналы скорой, переливающиеся впереди нас, разделительная полоса на дороге, бетонные столбы… Все движется, как в замедленной съемке. Я гипнотизирую желтую машину с красным крестом и посылаю Эле прямо туда свои чувства.

«Очнись, пожалуйста. Пусть все будет нормально», — прошу ее.

Сейчас бы маму мою сюда. Она бы выслушала, поддержала и Эля бы ей понравилась. Она хорошая очень, я просто не заслуживаю эту девчонку, но отпустить не могу.

Останавливаемся у больницы. Отец выходит первым, не запрещая мне в этот раз идти за ним. Элю выкатывают из машины на специальной каталке. Она пришла в себя. Взгляд растерянный. Личико в грязных разводах. На волосах налипли сухие листья и мусор.

Идем за врачами внутрь. Нас оставляют ждать, а Этель забирают на обследование.

— Где Ника? — решаю спросить у отца.

— Дома. Она ждет ребенка, ты не забыл?

— А здесь сейчас у нее кто? Не ребенок попал в больницу? А, да, прости, я забыл.

На этого ребенка ей насрать!

— Северов! — замахивается на меня отец. В воздухе сжимает ладонь в кулак. — Прекрати меня провоцировать! Нике весь день нехорошо. У нее начался сильный токсикоз…

— У нее дочь в больницу попала и ее здесь нет. Для меня показательно, папа. Даже ты ко мне приехал, когда меня избили, а она к дочери не смогла. Моя мама никогда бы так не поступила. Мне уже жаль вашего с Никой ребенка.

Отец с рыком хватает меня за грудки, дергает на себя, но сделать ничего не успевает. Выходит врач.

— Павел Андреевич, все обошлось, — сообщает еще на ходу.

 — Девочка очень удачно упала и защитный костюм спас. Несколько ушибов. Самый сильный на бедре. Там, в канаве камень был, вот она об него и приложилась. Хорошо, что не головой. Убилась бы. Кстати, о ней. Основной удар пришелся на корпус, головой приземлялась уже мягче. Расшибла, но без сотрясения. Будет болеть несколько дней. Мы до вечера ее понаблюдаем, отдохнёт, придет в себя и часиков в шесть сможете забрать.

— Понял, спасибо, — отец жмет ему руку.

— К ней можно сейчас? — влезаю в разговор.