Я следил за ним, и Лора заключила, что противник врет, и мы могли с чистой душой и легким сердцем экстренно снять дебоширов с полета.

— Утром приезжают гвардейцы, — сказал я Валере. — С этого момента они отходят в полное твое руководство. Но надо отобрать из московской гвардии столько же солдат и отправить в Широково. Возьми самых лучших.

— Хех, да там три калеки и два доходяги… Но что-нибудь придумаю…

В поместье нас встретили радостные конюхи на пегасах. У них были отлично сделанные седла и сбруи, и все это нашего производства. Да, на любого коня подберем нужное оснащение. Также пришел Никанор. Судя по его костюму, дела в деревне шли отлично.

Эль наблюдал за нами с крыльца, сидя в большом кресле. В махровом черном халатике с бокалом вина и с сигарой в клюве он выглядел как сицилийский босс мафии.

— А где Алиса? — поинтересовался я, заметив, что девушка нас не встретила.

— Должна приехать поздно вечером. Она теперь занятая мадама, — пояснил с ухмылкой Эль.

— Сам ты мадама! — фыркнул Емеля и посмотрел на меня. — Господин, она работает моделью. Хозяйка лично привозит ее домой.

— Вот оно как? — удивился я. — Не ожидал такого поворота, но…. ладно…

Мы прошли в дом, я скинул вещи, принял душ, и тут приехала новоявленная модель со своей работодательницей.

Из дорогой машины вышла сперва Алиса все в той же красной широкой кофте с капюшоном. Следом за ней показалась высокая женщина.

— А вы, должно быть, князь Михаил Кузнецов? — соблюдая все правила приличия, графиня поклонилась. — Приятно с вами познакомиться.

— Взаимно, госпожа Кантемирова.

— Ох, можете называть меня просто Викторией, — улыбнулась она и замахала руками.

— Как угодно, Виктория. Алиса вам не надоедает?

Любительница красных нарядов подошла и пихнула меня в бок.

— Э, ты че?! — быканула она.

— Ох, нет, — поспешила успокоить меня графиня. — Девочка очень прилежная. Выносливая… И ее особенность довольно интересна.

Странная дама. Хотя все деятели искусства не от мира сего. Иначе, как бы они придумывали подобные наряды? Но то, что у Алисы вместо живота огромная пасть… И ее это не то, что устроило, а даже понравилось?

На наш разговор пришел погреть уши буквально каждый в поместье.

— Оставьте нас наедине с графиней, — распорядился я."

"Против главы рода не попрешь и все, вздохнув, разошлись по своим делам. Когда мы остались наедине, я подошел к графине поближе.

— Виктория, поймите меня правильно и не воспринимайте как угрозу или грубость, но если я узнаю, что Алисе сделали плохо, или вы используйте ее изъян с плохим намерением… я тут же заберу ее у вас.

— Ох, что вы, ваша светлость? Если вы про ее очаровательный рот, то я считаю, что это довольно необычная особенность. И выражаясь откровенно, любое уродство можно сделать очаровательным.