— Обращаться с уважением означает не называть свою кузину овцой.

— Она ведет себя как-то нелепо. Да и Джаджа странный. С ними что-то не так.

У меня дрожали руки, пока я пыталась расправить свернувшийся угол скатерти. Рядом с пальцами ползла целая цепочка крохотных муравьев имбирного цвета. Тетушка Ифеома велела не обращать на них внимания, поскольку они никому не причиняли вреда, а избавиться от них никак не удавалось. Они жили здесь с момента постройки здания.

Я выглянула в гостиную, чтобы понять, слышал ли Джаджа слова Амаки, но он был слишком поглощен происходящим на экране.

Казалось, что лежать на полу рядом с Обиорой и смотреть телевизор для него самое привычное дело. Так же он выглядел и в саду тетушки Ифеомы на следующее утро, правда, садом он действительно занимался и раньше, задолго до того, как мы сюда приехали.

Тетушка Ифеома предложила мне присоединиться к ним в саду, чтобы аккуратно обобрать с кротона начавшие желтеть листья.

— Правда, красивые? — спросила тетушка. — Посмотри, какие яркие цвета на листьях: зеленый, розовый и желтый. Как будто Господь уронил кисть с красками.

— Да, — обронила я. Тетушка Ифеома смотрела на меня, а я гадала, насколько более унылыми выглядят мои ответы по сравнению с восхищением брата. Он и правда влюбился в этот сад.

С верхнего этажа спустилась ребятня и наблюдала за нами. Им было лет по пять: непрекращающийся вихрь запачканной едой одежды и быстро сказанных слов. Они говорили с тетушкой Ифеомой и между собой, а потом один из них повернулся ко мне и спросил, в какую школу я хожу в Энугу. Я вздрогнула и вцепилась в еще зеленые листья кротона, вырвала их и стала смотреть, как капает с веток едкий сок.

После этого тетушка Ифеома сказала, что если я хочу, то могу вернуться в дом. А еще она сказала мне о книге, которую только что закончила читать и которая мне непременно понравится. Книга в выцветшей синей обложке лежала на столе в ее комнате. Называлась она «Увлекательная повесть жизни Олаудаха Экиано, или Густава Вазы, африканца»."

"Я сидела на террасе с книгой на коленях и наблюдала, как одна из малышек гоняется за бабочкой в палисаднике. Бабочка, медленно хлопая черными крыльями с желтыми пятнами, словно дразнясь, то взлетала, то садилась снова, и пушистое облако волос на голове девочки подпрыгивало в такт ее шагам.

Обиора тоже сидел на террасе, только на солнечной стороне, и ему приходилось щуриться, чтобы не пускать солнце сквозь толстые стекла очков. Он тоже наблюдал за девочкой, но отстраненно, медленно повторяя имя Джаджа, разделяя оба слога.

— «Аджа» значит песок или оракул. Но «Джаджа»? Что значит имя «Джаджа»? Оно не на игбо, — наконец провозгласил он.

— На самом деле меня зовут Чуквука.