И тебя это, на хрен, никак не касается, Ники!"

"— Вот как? Выходит, что ты требуешь, чтобы я была только с тобой все то время, пока тебе не заблагорассудиться меня вышвырнуть или тупо продать, а за собой оставляешь право спать, с кем захочешь? — вскочила я.

— В точку, Ники! Или готова прямо сейчас начать удовлетворять мои потребности в полном объеме? Ну, так я не против. Можешь опускаться на коленочки и приступать! — Риммон демонстративно провел по выпуклости под своими штанами. — А то у нас с тобой как-то нечестно выходит: 2–0 в твою пользу.

Я метнулась из кухни. Хотя, куда я бегу? От кого? Я ведь сама к Римману пришла, по собственной воле.

А ведь Гоблин меня предупреждал! Так чего теперь мечусь и рефлексирую?

Звук двигателя байка и открываемых ворот сообщил мне о том, что Римман опять уехал.

Я вернулась на кухню. Мне хотелось плакать и кричать во все горло, исходясь болью потери и отчаянием от того, в какой ситуации оказалась. Ну, почему я такая слабая и никчемная? Почему не ушла из отцовского дома лет в семнадцать и не научилась жить в этом мире самостоятельно? Почему разрешила управлять собственной жизнью? Позволила распланировать мою жизнь, лишив саму себя права выбирать.

Я еще будучи ребенком знала, что выйду замуж за Темиза, рожу ему детей, а он будет управлять Домом Сумеречных Барсов, когда придет время. Все будущее было очевидным и без любых сюрпризов и потрясений. Никаких страстей и интриг. И я молчаливо со всем согласилась и никогда не возражала. Почему?

Я поплелась в кабинет Риммана и открыла ноут. Дома я пользовалась компом только для обучения или чтения.

Но сейчас я хотела поискать информацию о гибели близких.

И тут же наткнулось на то, что следствие установило, что моего тела среди погибших нет! Но как они это так быстро установили? И тут же стали муссироваться версии о моей причастности, раз я бесследно исчезла.

Ведь после смерти отца мне доставалось очень внушительное состояние. Раскопали и то, что я проходила домашнее обучение и почти не выходила в общество. И это, естественно, дало журналистам повод изгаляться на тему того, что я была бедной, забитой дочкой, только и мечтавшей вырваться от отца тирана, причем с максимальной выгодой для себя.

А любовник тоже, естественно, у меня должен быть.

Сообщник в одном лице.

Стало безумно больно от того, что кто-то мог подумать, что я могла бы желать смерти отцу и другим людям ради денег.

Мне захотелось тут же заявить на весь мир, что вот она я и никого не убивала. Но я понимала, насколько это глупо. Пока не время. До того, пока себя не проявит заказчик этого зверства, объявляться мне нельзя.

Я с тоской посмотрела в окно. Очень хотелось выйти на улицу и идти куда-то, пока будут нести ноги, и затеряться где-то в этом огромном чужом мире.