— Прошу прощения за беспокойство, мадам, — галантно произнес морячок, слегка кланяясь даме, и кивнул ее кавалеру: — Кожан сымай…

Под плащом на мужчине оказался просторный светлый костюм. Подчиняясь движению ствола пистолета в руке бандита, мужчина аккуратно положил плащ на землю и с вопросительной улыбкой взглянул на морячка.

— Шо смотришь?.. — нахмурился тот. — Все остальное тоже."

"Спокойно поглядывая на гоп-стопников, мужчина расстегнул ремешок дорогих наручных часов. Извлек из внутреннего кармана объемистый бумажник, набитый деньгами.

Снял с руки своей спутницы сумку и высыпал ее содержимое поверх кожана. Протянул руки, чтобы снять с нее костюм…

— Тпру, савраска, задний ход, — презрительно махнул стволом морячок. — Дамское ни к чему.

Один из бандитов начал, кряхтя, сгребать добычу в мешок, остальные расслабились, опустили оружие.

— Ты хоть воевал-то? — осведомился морячок, презрительно сплевывая под ноги улыбчивому.

— Конечно, — пожал плечами мужчина.

— Небось в тылах? Хлеборезкой или крупорушкой командовал?..

— Нет, на передовой.

— Трепать не надо только! — брезгливо фыркнул морячок.

— «На передовой»! Если ты на передовой был, то я тогда — матрос с крейсера «Каганович»!..

— А шо ж ты такой послушный тогда, воин с передовой? — тихо осведомился с корточек бандит, собиравший вещи в мешок. — Хоть бы слово какое нам сказал, шо ли…

Он ссыпал вещи женщины обратно в сумочку и протянул ей. Женщина, слегка усмехнувшись, повесила сумочку на руку, которую продолжала держать в рукаве. У женщины было красивое холодное лицо и темные, аккуратно уложенные в замысловатую прическу волосы.

Морячок, уже не скрывая презрения, сунул пистолет за пояс и ухватил улыбчивого мужчину за лацканы модного пиджака:

— Тебе кричать в сортире «занято», а не воевать… С кем тебе воевать-то, глистогон?

Улыбка мужчины из доброжелательной стала просто наглой. Он в упор взглянул в глаза своего противника, словно хотел запомнить его получше.

— С кем?.. Да со всякой сволочью вроде тебя.

Как в руке мужчины появился «парабеллум», морячок не успел заметить. Женщина же, резко крутанувшись на месте, молниеносно выхватила из рукавов два «браунинга».

Четыре выстрела грянули почти одновременно. Один за другим на землю тяжело упали четыре тела. Ни одна пуля не пропала даром. И никто из убитых не успел понять, что произошло.

Мужчина склонился к каждому по очереди, убеждаясь в том, что нападавшие мертвы. Подобрал с земли кожаный плащ, бережно отряхнул его, положил в карман бумажник, надел на запястье часы. Что-то негромкое и веселое сказал своей даме. Она рассмеялась, подхватила спутника под руку.