Правда я, во время изъятия, получил предупреждение, что теперь значительный участок космоса переходит в статус мёртвой зоны. Что это значит, разбираться не было времени, поэтому я сделал зарубку в памяти — вернуться к данной истории позже, когда мы получим в свои руки линкор.

Михаила всё же не стали отправлять через транспортную сеть. Вместо него отбыл один из бойцов, хорошо знакомый с Баюном. Он должен был связаться с вице-адмиралом, и объяснить ему всю ситуацию, после чего остаться в эскадре.

Ну а мы, набрав ускорение, совершили третий прыжок, выбрав координаты очередного транспортного узла. Правда в этот раз с совершенно иной целью. Эти двое суток в подпространстве прошли в подготовке личного состава к проведению операции. Отвлекались лишь на сон."

"Выход в обычный космос прошёл штатно, сканирование космоса показало наличие планет и звезды — красного карлика. И полное отсутствие признаков цивилизации, что весьма порадовало. Я сразу же получил координаты, и спустя четыре часа с крейсера на поверхность замороженной планеты высадился десант. На борту осталось пятнадцать человек экипажа, которые должны будут прибыть на крейсере по указанным Громыхало координатам. Ну а мы, разбившись на отряды, выдвинулись, приступили к переброске личного состава через транспортную сеть.

Первой, тремя партиями по шестьдесят с лишним бойцов, пошла группа Онуфриева, как самая многочисленная и лучше всех обученная для захвата плацдармов. Полчаса ожидания, затем я отправил вторую группу, которой командовал Вадим. Сам пошёл с третьей, самой малочисленной, выждав ещё десять минут.

Перенесло нас именно туда, куда нужно — прямо к маяку возрождения. Небольшое плато, припорошенное снегом, в полусотне метров сильно повреждённые, чадящие дымом модульные жилища. Здесь уже всё было закончено, а вот вдали, метрах в пятистах, слышались звуки боя.

— Доклад! — потребовал я у бойца из оцепления, едва мы очутились в этом холодном мире.

— Рядом с маяком было обнаружено два десятка киборгов, все уничтожены или захвачены в плен. Сейчас идёт бой со вторым отрядом, пытающимся прорваться к линкору. Нам повезло, часовой был всего один, и он не успел предупредить своих.

— Какого хрена они покинули корабль? — удивился я.

— Пока неизвестно, пленных ещё не допрашивали.

— Громыхало, за мной! —приказал я, а сам тайком дал знак лейтенанту Колоссу, чтобы тот глаз не спускал с Ягды. Затем вновь повернулся к штурмовику: — Веди к пленным.

Допрос вышел коротким. Почему не на корабле? Так искин линкора не пускает. Нет, не сошёл с ума, просто один тупой майор поставил ограничение на доступ в рубку. Зачем? Да хрен его, этого идиота, знает. К тому же его давно уже никто не видел. Всмысле майора не видел. Сколько нас? Сорок, если с идиотом — сорок один.