— Ты подслушивала за полицейскими?

— А я совершенно не удивлена, что в Риге такое произошло, — кивнула мама, пропустив слова отца мимо ушей. — Твоя Латвия такая же дикая страна, как и Россия. В конце концов, они несколько столетий работали под одной ширмой.

— Милая, — позвал маму отец.

— Что? — моментально обернулась к отцу мама, недовольная прерванным разговором.

— Вообще-то Алексис сказала, что преступник был британцем. — Поправил отец маму. — Поэтому Латвия тут не причем.

— Как это не при чем, — всплеснула руками мама. — Этот преступник был или до сих пор находится в Латвии, не так ли? В Британии, насколько я знаю, преступников держат под стражей, а не позволять им бегать туда-сюда по аэропорту.

Мы с отцом переглянулись и синхронно вздохнули: маму раздражать не рекомендовалось.

Отец забрал у меня вещи и мы побрели на парковку. Родители сегодня приехали на машине, так что меня ждала веселенькая поездка наедине с родителями до самого Оксфорда.

Я устроилась на заднем сидении, открывая телефон, чтобы проверить почту.

Мы почти выехали с парковки, как нашу машину внезапно окружили черные внедорожники.

Если честно, то это здорово напоминало сцену из боевиков, когда плохие парни перекрывают дорогу неподкупному полицейскому. Только в роли тех самых бедолаг неподкупных полицейских оказались мы…

Я тут же живо припомнила двухчасовой допрос в Хитроу, странные разглядывания работников спецслужб в Рижском аэропорту (а я всё-таки была уверена, что в Риге работали именно они) — и моментально отмела все мысли насчёт ошибки или совпадения. Внедорожники перекрыли нам дорогу не просто так.

— Что происходит? — спросила мама, повернувшись к отцу. — Стивен, что происходит?

— Понятия не имею. — Отец посмотрел на меня через зеркало. — Ты уверена, что не привезла из Риги никаких проблем?

— Пап, о чем ты говоришь? — не поняла я.

— Тебя не просто так допрашивали в аэропорту. Значит, у них на тебя что-то есть. Вот я и спрашиваю, что именно.

Помолчав, отец добавил.

— Надеюсь, это не связано с наркотиками?

— Папа!

Он же видел ту серию фотографий, которую я делала в притонах, где люди, одурманные этой гадостью, заживо умирали…

— Я бы никогда…

— У тебя подходящая работа, — спокойно заметил отец. — Много путешествий в походящие для закупок дури страны.

— Я даже не буду спрашивать, откуда ты это знаешь, — процедила я сквозь зубы. Отец пожал плечами.

— Я не идиот. — А затем, явно желая смягчить впечатление от своих вопросов, он произнес:

— Дочь, даже если ты замешена в чем-то нехорошем, у нас с твоей матерью есть связи… хорошие связи. Мы вытащим тебя.

— Я не замешана ни в чем противозаконном! — прокричала я, чувствуя, что начинаю плакать.

— Тогда что это? — показал рукой на джипы отец.