— Но неужели тебе вообще неважно, что при этом будет с Даце?

— С ней будет всё в порядке, — пожал плечами Артис. — Как только она родит, она окажется свободна… и с приличным банковским счетом.

— Но она не хочет рожать, — напомнила я Викингу то, о чем говорила Даце. — Она хочет закончить эту историю и начать другую — со своей истинной парой."

"— Как только она выполнит своё главное предназначение, — кивнул Артис.

— Ты не слышишь меня! — возмущенно воскликнула я и испугалась, когда Викинг схватил меня за талию.

— Это не слышишь, — произнес он, с силой прижав меня к себе.

 — Нас мало, мы вырождаемся. Каждый новый щенок — надежда, что наша раса не выродится окончательно. И я был бы идиотом, если бы разрешил этой девке вильнуть хвостом только ради своего личного удовольствия.

— Это её право сделать аборт! — Злобно ощерилась я. Перед глазами вставали те несчастные, измученные женщины из стран третьего мира, которые каждый год рождали по ребенку в ужасающих, неприемлемых для жизни условиях. — Это право любой женщины в любой стране — не сохранять нежелательную беременность.

Артис, впившись пятернёй в мои волосы, резко потянул назад, заставляя меня, морщась от боли, встретиться с ним взглядом.

— Никаких абортов, слышишь? — рявкнул он, глядя мне в глаза. — Ты будешь рожать столько раз, сколько залетишь.

На какой-то момент я испугалась, что он применит ко мне физическую силу…

Артис тяжело дышал и не двигался, как будто боясь, что не удержит меня… или себя… в руках.

А потом я испугалась ещё больше, поняв, что разговор про аборты у нас уже был — но тогда я вместо того, чтобы насторожиться, пришла в восторг от его слов.

Сейчас же всё выглядело совсем иначе.

— Разговор сейчас не о нас, — дипломатично произнесла я, внимательно приглядываясь к Викингу. — Вопрос в том, что ты вынудил девушку рожать нежеланного ребенка.

— Он желанен для отца.

— Артис… — я запнулась, не зная как объяснить. — Представь, если бы сейчас я была беременна от своего бывшего.

— Я бы принял твоего ребенка как своего, — прикусив кожу на моей ключице, протянул Артис. — И чистокровный человек может принести пользу стае.

— А если бы я не хотела этого ребенка, — зажмурилась я, чувствуя, что придаю этого гипотетического, несчастного малыша, которого никогда не хотел его отец… а отец его матери (мой отец) готов был по первому зову сделать аборт. — Я понимаю, насколько это ужасно звучит… Но это должно быть решение одной матери.

Артис, как будто почувствовав моё состояние, ослабил свою хватку и нежно прикоснулся губами к моему рту.

— Маленькая, ты все время путаешь мир людей и оборотней.