– Теперь это не новость. Завещают всем, даже диким животным и шимпанзе в зоопарке. Но это – пускай. Знаешь, мне непонятно, как наша родственница до этого додумалась? В Угличе, в то время...

– Мне сдается, она жила в другом времени и в другом месте.

– Это где?

– Все зло от книг, – засмеялась Валентина Яковлевна.

– Ну конечно, – фыркнула Ольга.

– Не слышала имя старинной писательницы Вербицкой? Нет?

– Что-то не помню...

– Во времена нашей родной купчихи ее сочинениями зачитывались просвещенные особы. Она вызрела на ее романах.

– Что же такое было в этих книгах? – спросила Ольга, наблюдая за Валентиной Яковлевной.

На ее лице блуждала восхищенная улыбка.

– Это была самая настоящая феминистка. Она проповедовала мысль о том, что женщина должна быть самостоятельная. А если так, то она вправе распоряжаться своим сердцем, любить того, кого хочет. Никакой зависимости от мужчины – она должна трудиться и зарабатывать своим трудом.

– Ну прямо про нас с тобой, – усмехнулась Ольга. – Значит, за дело? По примеру предков?

– Но собаке оставлять наши капиталы не станем. Согласна? – спросила Валентина Яковлевна, внимательно глядя на Ольгу.

– Если не найдем достойную, кого-то вроде собаки-волка, конечно, – засмеялась Ольга.

С тех пор прошел не один год, Ольга изменилась и изменила свою жизнь. «Мыльный бизнес» отнимал все время, но приносил деньги. Они позволили гулять по Европе, причем не разъезжать в автобусе в компании шестидесяти чужих людей, а путешествовать в одиночестве. Она полюбила ездить в индивидуальные туры, даже на средиземноморском пляже, с книгой под зонтом, ей не было одиноко.

Ольга увидела и поняла то, чего никогда прежде не видела и не понимала.

Она знакомилась с собой, причем не с помощью отражения в зеркале.

Что ж, подошел возраст понимания, почти тридцать. Конечно, она исключала возможность появления в ее жизни мужчины. Но знала точно – он не будет случайный, а тем более – чужой.

Ольга улыбнулась. Какой все-таки смешной этот Барчук, почему он такой? Большой, самостоятельный, но все равно похож на мальчугана, который боится лягушек. Сама она их никогда не боялась. Ее не пугали даже бородавки: «Возьмешь лягушку в руки, бородавок не оберешься!» Барчук – как точно, как правильно.

В конце концов найдется человек, который сделает за него то, что он не может.

– А вы заметили, что ваши яблоки точь-в-точь как ваши шорты? – спросил он.

Она чуть было не рассказала, что это вовсе не шорты, а трансформеры. Пристегнешь к шортам полоску ткани на молнии – получатся капри. Еще одну полоску – длинные брюки. При нем она чувствовала, что сама становится похожа на девчонку.

Почему не спросила у него телефон? Ведь чувствовала, что все равно придется искать.

Ольга досадовала на себя.